Короткая суета, тихие возгласы – и в руку императора лег массивный черный бинокль с обрезиненными окулярами. С удовольствием кивнув, Иван Андреевич снова направил свой царственный взор на внучку.

– Кто будет противостоять Лидии? – деловито спросил он.

– Ушаков Павел, Шуйский Александр, Ермаков Михаил, – прочитал в красочном буклете список пилотов-индивидуалов средний сын Ростислав, облаченный в такой же белый мундир. Жилистый, тридцатилетний мужчина со своим семейством сидел во втором ряду, и откровенно скучал. Ему не нравилось странное поветрие в виде турниров, где сталкиваются, облаченные в броню, молодые люди, пытаясь выяснить, чей «скелет» лучше. Очень интересно узнать, откуда появился сей интерес? Мысли насчет военных у Ростислава давненько бродили в голове. Много пилотов после военного конфликта на Одре стали героями и всенародными любимцами. Их чуть ли не на руках носили, стихи сочиняли, бесконечные интервью, статьи – в общем, слава обрушилась неимоверная. А учитывая, что большинство пилотов ППД – дворяне, то дамы любыми путями старались завести знакомства и выйти замуж за героев.

Право слово, после автомобильных гонок борьба в бронированных костюмах прочно заняла свое место в списке развлечений не только среди дворянской молодежи, но и миряне заразились этим зрелищем.

– Ермаковы своего отпрыска прислали? – удивился император. – Надо же, думал, здесь одни московские!

– Не только, Ваше Величество! – вылез вездесущий Лазарев. – Судя по составу участников еще один пилот – вовсе из обедневших новгородских дворян. Некий Волховский. Сирота. Он взят под опеку родом Булгаковых.

– Что? – оторвавшись от бинокля, Мстиславский медленно повернул голову к полковнику. – Как вы сказали, любезный Архип Сергеевич?

– Извините, Ваше Величество! – незнамо отчего побледнел полковник. – Я полагал, вам предоставили списки участников! Я сейчас же прикажу снять молодого человека с соревнований!

– Стоять! – тихо рыкнул Мстиславский. – Никаких снятий! Волховский проходит по категории «К», верно, Архип Сергеевич?

– Я могу выяснить сию минуту, Ваше Величество! – вытянулся Лазарев. – Не могу знать по этой категории! Не моя епархия!

– Не стоит, полковник, – поморщился император. – Я вспомнил.

– Ты о чем, дорогой? – удивленно спросила жена, перестав махать веером. – Разве этот сирота обязан участвовать в гимназических турнирах? Или он учится в гимназии с подачи Булгаковых?

– Видно, так и есть, – Иван Андреевич почему-то выглядел донельзя довольным. – Посчитали нужным не отделять мальчишку от своей семьи. Кстати, Архип Сергеевич, подготовьте мне материал по Волховскому.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – Лазарев кивнул и отступил за спину венценосного хозяина.

Между тем по стадиону разнесся голос диктора, приглашающий к поединку участников первой группы: Ушакова Павла и бойца по имени «Пустынный Барс». Право на инкогнито давалось тем участникам, которые по ряду причин не хотели публичного оглашения своей родовой принадлежности.

– Лидочка сама выбрала себе такое странное имя? – удивилась императрица. – И при чем здесь пустынный барс?

– Прочитала книжку про путешественников в Сахаре, – усмехнулся Юрий, – и как натура романтическая, решила выступать под этим псевдонимом.

– Я очень беспокоюсь за внучку, – повернула голову Анастасия Павловна к мужу. – Ты посмотри на этого Ушакова.