– Интересно, как же еще? Ты где? В Париже? Лондоне? Где тебя черти носят?

– Я здесь, в Саратове.

– Мать твою… Ну надо же! Гудите небось в агентстве? Много выпили?

– Нет, я дома.

– Слушай, тебя же можно поздравить?

– Да, у меня дочка, Машенька. Она сейчас в Москве, у мамы…

– А ты здесь по какому делу? Крымов послал? Он же у нас деловой мужик, ни часу не может спокойно прожить. Какая нелегкая занесла тебя сюда?

– Я ужасно скучаю по работе, мне так хочется пожить немного здесь, прежней жизнью…

– Ностальгия, значит, – усмехнулся явно обрадованный ее звонку Корнилов. – У меня для тебя работы – по горло, можешь не сомневаться. Думаю, что ты и сама уже впряглась, раз звонишь мне…

– Пока еще нет, но собираюсь…

– Ты по делу Зориной?

– Нет… А что это за дело?

– Убийство, что же еще! Убили молодую бабу, красивую, богатую, бросили, как ненужный хлам, в посадках… Инна Зорина. Ушла из дома и не вернулась. Я уже слышать про такое не могу. Люди исчезают, словно снег тает. Но ее нашли. Застрелили женщину в голову. Стрелял явно не профессионал – попал в глаз, всю голову разнесло… Перед этим, понятное дело, изнасиловали. Как она оказалась в этих посадках – ума не приложу. Соседка, которая и забила тревогу, когда та не пришла ночевать, сказала, что Инна была женщиной очень осторожной, аккуратной, серьезной, она не могла вот так вот пойти с каким-то незнакомым мужиком в лес…

– Она замужем? – Юля уже и забыла, что еще пару минут назад собиралась расспросить его о пропавшем Льве Британе, увлеклась рассказом Корнилова об убийстве женщины.

– Нет, полгода тому назад развелась. Муж у нее – немец. Она жила с ним три года в Германии, а потом разошлась, вернулась домой, да не с пустыми руками, по словам соседки… Мы проверили состояние ее банковских счетов – там действительно крупные вклады…

– Значит, это не из-за денег? Иначе бы заставили снять их, превратить в наличные…

– В том-то и дело… А у тебя какой вопрос, раз ты звонишь мне ночью?

– Британ… Слышали?

– Лева Британ. Да, я слышал, что он пропал. Но у того – бизнес. Надо подождать немного, может, еще сам объявится.

– Жена сказала, что он детей своих маленьких любит, не мог не позвонить. Семья для него – все.

– Да я знаю, разговаривал с Мустафиным…

– Да, это его зам. И что он говорит?

– Говорит, что Лева действительно большой любитель бани, что у него есть друзья, с которыми он ходил в парную, но без девочек, понимаешь, да? Он не пил, не гулял, говорят, характер у него нормальный, уживчивый, подчиненных никогда не обижал… Но враги-то всегда есть, когда у человека денежки водятся… Враги, завистники… У него же еще и жена, насколько мне известно, молодая, красивая…

– Я видела ее сегодня. Она приходила к Игорю.

– Понял… Если что узнаю – позвоню. Если ты что нароешь – спасибо скажу. Рад был тебя услышать. Думаю, свидимся в ближайшее время?

– Конечно.

Она положила трубку. Сна не было. Впору было выйти из дома и пойти искать Британа. Но она решила поступить по-другому – вызвала по телефону такси, оставила Игорю записку, что скоро вернется, а сама оделась и поехала на квартиру Шубина. Она знала, что там, брошенная и забытая всеми, мучается бессонницей Женя Жукова. Сколько раз, оставленная Крымовым, она сама обливалась слезами, переживала, воспринимая каждую его измену как конец своей жизни.