— Правильно ли я понял, — нетерпеливо произнес Каневич, — что мы имеем возможность взять этого «подмененного» и засунуть его обратно в дыру?

— Мой прокол называется «Вратами»! — профессор попросту не в силах был сохранять, как ему хотелось бы, гордый и невозмутимый вид, подобающий светилу отечественной физики. Нет, он не заносился, ни в коем случае! Напротив, с неловкостью воспринимал свой нынешний реальный статус — как если бы он был облачен в парадный мундир, чересчур для вчерашнего затворника помпезный, но которому необходимо все же соответствовать! Однако этот полковник умел наводить тень на чужое, пусть пока еще и не признанное величие, да так, что Блум и сам на время позабыл о том, что он в некотором роде светило.

— Как вы не понимаете, — кипятился профессор, — что для обмена требуется наличие двух субъектов! То есть в нашем случае необходимо, чтобы двойник оказался в определенное время в определенном месте, именно с той стороны Врат!

— Позвольте спросить, господин Блум, — академик Элдман, откинувшийся на спинку кресла, в отличие от этих двоих, мечущих друг в друга незримые молнии, являл собою эталон спокойствия, — как вы прикажете господину полковнику ловить двойника и доставлять его в нужное нам место, если и он, и это место находятся в параллельном континууме?

— Разрешите сначала устранить путаницу, господин академик, — стал вдруг надменным Блум. Он заметил этот глумливый тон, как и эту попытку выставить его полным дураком. Давно уже чуждого озарений, увязшего в подковерных институтских дрязгах беднягу академика мучает зависть? Так ему и надо! Все равно ведь не сегодня-завтра подмажется к открытию, и племянничка своего кандидата подмажет, еще и Нобелевскую придется с ними делить… Профессор чужд был меркантильности, мысль являлась не более чем трезвым и почти безэмоциональным прогнозом. Ну, почти.

— Двойником нам следует все-таки называть того, — заявил Блум тоном лектора, поучающего студентов-недотеп на дополнительных занятиях, — кто оказался в нашем пространстве. А наш уроженец сейчас как раз находится в чужом.

— Итак, — решительно заговорил Каневич, уставший от этого меряния градусниками, — первая задача состоит в том, чтобы взять у нас здесь двойника. И вторая — как-то дотянуться до нашего человека ТАМ и доставить его к дыре. — Едва обретя толику понимания, полковник свернул ученый диспут, сразу приступив к постановке четких задач. Немного подумав, он кашлянул и все же нашел нужным поправиться: — К Вратам.

— Совершенно верно, — впервые Блум взглянул на Каневича немного благосклоннее. Затем продолжил: — Итак, первая сформулированная вами цель — двойник, и его поимка находится целиком в вашей компетенции. Что же касается доставки к Вратам нашего субъекта — тут вся ответственность лежит на мне…

— Но дополнительное вторжение спровоцирует рост струнного дисбаланса в геометрической прогрессии! — сорвался на нервы и Элдман. — Если бы у вас, помимо ответственности, имелась хотя бы гипотетическая возможность захватить человека в ином пространстве…

— У меня имеется конкретное предложение, — с ледяным злорадством отчеканил Блум. — Прошу вас взглянуть на этот экран. Как вы уже, конечно, догадались — а если нет, то тут сверху написано, — это схема смешения волновых диапазонов, разумеется, значительно упрощенная, в условиях векторного сдвига отдельных параметров фазы в четырехмерной системе координат.