Глава 2

    – Я все понимаю, – еще раз повторил полицейский, – но поймите меня и вы. Пропавшим ребенок считается на вторые сутки. На вторые, а не через два часа.

    – Только не наш Пьер, – возразил сидящий напротив него, через стол, высокий господин лет сорока, являвший собой классическую противоположность своему толстому и усталому собеседнику. – Только не он. Пьер отличается абсолютной, я повторяю, абсолютной пунктуальностью. Если он пропал, значит, что-то произошло, поймите!

    – Вы меня тоже поймите, господин Рени…

    – Рене, если вы не возражаете.

    – Рене. Простите. Я не могу приказать моим людям начать поиски, потому что у меня их нет, этих людей. Сегодня с нашей командой играют аргентинцы – вы знаете, что это такое? Вооруженное вторжение причинит городу меньше хлопот.

    – Господин комендант…

    – Комиссар, если вы не возражаете… Кроме того, отдав приказ о розыске ребенка, всего лишь два часа назад вышедшего из собственного дома я совершу должностное… преступление – закончил он, глядя на удаляющуюся пару. – Вам тоже спасибо…

    – Ты был великолепен, – ядовито произнесла Сюзен, когда дверь закрылась и ее слова не могли уже дойти до ушей полицейского. – Особенно насчет его абсолютной педантичности…

    – Сю, это все-таки мой сын!

    – Неужели ты думаешь, что что-то действительно может случиться, Жорж! Двадцать первый век, Соединенные Штаты – опомнись! Ну зашел, как в прошлый раз, в зоопарк. Или как в позапрошлый, играет в футбол. С этими… с аргентинцами.

    – Сю! – На этот раз в голосе мужчины прорезались новые нотки, и женщина сразу это почувствовала.

    – Ты совсем как мой муж, – с упреком сказала она. – Пейджер у него есть? Ну вот и позвони… еще раз.

    Ал допил кофе и встал из-за стола. Пора. Словно подтверждая его решение, запищал пейджер, который он еще утром вытащил из кармана у мальчишки. Четвертый звонок. Занервничали. Впрочем, Центр – последнее место, где их будут искать. Однако и с этой штукой надо что-то делать. Ал на ходу вскрыл крохотное устройство, после чего батарейка полетела в одну урну, а машинка – в другую.

    Пьер открыл глаза и даже не сразу понял, где находится. Его должны были… Ах да! Сегодня он стал телепатом. И все-таки почему-то он ожидал проснуться в том кресле, больше похожем на тренажер космонавтов… Пьер сел на кровати, свесив с нее босые ноги. Так. Обуви нет…

    Он уже заканчивал мастерить себе пару лаптей из какой-то проволоки и двух махровых полотенец, когда дверь распахнулась и вошел сопровождаемый врачом Ал – ну конечно, с его одеждой и обувью.

    – Вот видите, – бодро сказал врач. – Мы уже начали просыпаться…

    Тут он перестал улыбаться, и на лице его появилось выражение крайней подозрительности.

    – Скажи мне, мальчик, – осторожно осведомился он, – где ты взял этот провод?

    – Одевайся скорее. – Ал подмигнул мальчишке, в то время как доктор склонился над раскуроченным больничным монитором. – А то чинить заставят.

    – Я не знал, что это прибор, – сказал Пьер, когда они сели в машину. – Я думал – ну… если честно, я не знаю, о чем я думал.