Дитрих усмехнулся.

— Если никто не передаст ей того, что ты только что сказал, капитан, считай, тебе повезло.

Грейс широко улыбнулась, отчего сразу помолодела, стряхнув с себя груз напряжения. Даже Черч вроде бы повеселел, хотя сложно было утверждать наверняка.

— Полагаю, все, кто знает тетушку, поручатся за ее благонадежность.

— А что насчет силового захвата? Вдруг кто-нибудь отнял у нее шифратор?

— Хотел бы я посмотреть на такого храбреца, — сказал Черч. Дитрих, сидевший напротив него, негромко засмеялся, должно быть представляя эту сцену.

Я взглянул на Руди, который потихоньку наблюдал за всеми. Думаю, он, как и я, считал, что смех — лучший способ спустить пар. Уж очень давило на нервы чудовищное убийство в двенадцатом трейлере.

Веселье, однако, быстро кончилось. У Черча зазвонил телефон. Взглянув на высветившийся номер, он нажал на кнопку приема, негромко поговорил пару минут.

— Спасибо, что сообщили так быстро, — сказал он. — Пожалуйста, держите меня в курсе.

Лицо его стало каменным. Он закрыл мобильный и положил его на стол.

— Мой человек из офиса бюро в Атланте сообщил: Генри Кереску, инженер, создавший шифраторы, погиб. Тело обнаружено сегодня утром. Его нашла уборщица, она и вызвала полицию. Он пролежал в своем доме мертвым тридцать часов. Подозреваемых нет, но в рапорте сказано, что квартира Кереску, служившая ему еще и мастерской, разгромлена. Полную информацию нам перешлют по факсу.

— Черт, — произнес я. — Мне жаль вашего друга, Черч. Заранее знаю, что будет в этом рапорте. Похищены телевизор и проигрыватель компакт-дисков, много всего перебито, общий беспорядок. Самый лучший способ скрыть маленькое преступление — сделать его похожим на большое. Могу поспорить, Кереску хранил схемы разработанных им скремблеров — в распечатанном или электронном виде. Жесткого диска там не окажется, большинства бумаг тоже.

— Очень может быть, — согласился Черч.

Он взял вафлю и подтолкнул тарелку ко мне. Я оглядел ассортимент и выбрал слоника и обезьянку.

— И что нам это дает? — спросила Грейс.

— Определенную уверенность в том, что лазутчик прекрасно осведомлен, — сказал Черч. — Он в курсе дел ОВН и даже знает, где я достаю оборудование.

— Значит, список подозреваемых будет не слишком длинным, — резюмировал Руди.

— Безусловно, — кивнул Черч. — Я просмотрю его, когда наше совещание закончится.

— Среди шпионов могут быть и те, — сказал я, — кто находится сейчас в здании.

— Прошу прощения, — произнес Руди, — я так понимаю, что все сидящие в этой комнате не входят в число потенциальных вражеских агентов?

Черч откинулся на спинку кресла и несколько мгновений изучал психолога, выводя указательным пальцем круги на столешнице.

— Доктор Санчес, на свете мало людей, которым я доверяю безоговорочно, и в каждом случае мое доверие основывается на многолетнем опыте. Что же касается большинства собравшихся здесь, то я опираюсь на свежие сведения. Вы с капитаном Леджером находились в лаборатории, после чего вас проводили в ваши комнаты. Майор Кортленд оставалась со мной, а сержант Дитрих только что сменился с дежурства с двумя другими офицерами. Один из них сопровождал его до квартиры.

— Ладно, однако это всего лишь означает, что мы не открывали дверь самостоятельно. Разве у нас не могло быть сообщников?

Черч откусил краешек вафли, посмаковал его.