— Грейс Кортленд и Гас Дитрих превосходные агенты. Такие же высококлассные, как и все бойцы команды «Эхо», — сказал Черч. — Вернее, были… до определенного момента… Но после случая в больнице Святого Михаила они до сих пор выказывают признаки потрясения. В последние два дня эффективность их строевой подготовки снизилась на четырнадцать процентов, заметно ухудшилась и боевая готовность. Ничего такого не наблюдалось прежде.

Теперь мне все стало ясно. Я отставил чашку и уперся локтями в стол.

— Значит, мы поняли друг друга?

— То, что вы видели в Делавэре, доказывает лишь одно: мы не поспеваем за ними. Я хочу, чтобы зачистку на крабовом заводе произвели сегодня ночью. Прямо сейчас.

— Не выйдет. Мой отряд нуждается в отдыхе. Вы говорите тут о снижении боевой эффективности, так вот — поставьте лучшую команду в критические условия, и вы ее лишитесь. Измотанные люди не смогут выкладываться полностью. Усталость их убьет. Двенадцать часов сна, и завод будет зачищен.

— Два часа сна, и они узнают задание в вертолете.

Спустя минуту я произнес:

— Давайте так. Я говорю с учеными. Затем мы отправляемся, но через три часа. Это не подлежит обсуждению. Я не поведу людей на бойню. Лучше уж сам подохну.

На мгновение воцарилась пауза. Казалось, Черч обдумывает мои слова.

— Ладно. — Он взял ванильную вафлю и указал на блюдо. — Угощайтесь.

Я выбрал «Орео».

— Наша цель — разведка или выжженная земля?

— Моим ученым требуется информация. Нужны компьютеры, лабораторное оборудование, образцы патогенов… необходимо оставить место нетронутым.

— На поддержку какого рода мы можем рассчитывать?

— На рабочую, — отрывисто заговорил Черч. — Отряд «Альфа» придет первым, если вы позовете. Истребители F-18 в воздухе, вертолеты для спешной эвакуации — если станет совсем горячо. Ударные отряды особых войск окажутся внутри через десять минут. Национальная гвардия в полной готовности. В случае пожара — преимущество на нашей стороне. Если периметр будет пробит, мы, скорее всего, применим тактику выжженной земли.

Он не стал уточнять, что, когда возникнет брешь в обороне, нас спалят заживо вместе с врагами. Вряд ли моя команда успеет выйти наружу. И хотя на его месте я сам отдал бы такой приказ, радости у меня в душе не прибавилось.

— А что там с пленником? Я думал, вы его уже вовсю допрашиваете.

— Было бы здорово, — согласился он, — но у него в грудной клетке засели две пули. Он сейчас в операционной. Мне сообщат, когда его состояние настолько стабилизируется, что он сможет отвечать на вопросы.

— А что, если раньше на него нападет та контролирующая болезнь?

— Тогда вы доставите мне другого пленного с крабового завода. Это очень важно.

— Понял. — Я допил свой кофе. — Ладно, ведите меня к вашим чокнутым ученым.

Глава 46

Склад ОВН, Балтимор.

Вторник. 30 июня, 21.20

По дороге в лабораторию Черч сказал:

— Доктор Санчес согласился, на определенных условиях, помочь нам преодолеть нынешний кризис.

— И какие же у него условия?

— Он пробудет здесь столько же, сколько вы. Очевидно, полагает, что вам необходим под рукой лечащий врач, — Черч, кажется, веселился. — Майор Кортленд спешно вводит его в курс дела.

— Но Руди не боец.

— Мы все служим как умеем, капитан.