— Я верю, — почти прошептала она. — Верю во всем.

— Ты меня любишь? — спросил он, и в его голосе угадывался смех.

— Ты знаешь, что люблю.

— И я, — заверил он, — я всегда буду тебя любить. — С этими словами он отключился.

Амира откинулась на спинку кресла и задумчиво посмотрела на телефон, губы ее были плотно сжаты, лицо напряжено. Она посидела минут пять, размышляя, потом открыла нижний ящик письменного стола и достала мобильник. Компактный, дорогой, совсем новенький. Подарок Голя. Аппарат отличался исключительным радиусом действия. Благодаря встроенным в потолок передатчикам ее звонок унесется в космос, а оттуда достигнет любой точки планеты. Например, вертолета, летящего над океаном, чтобы перехватить грузовое судно.

Глава 51

Склад ОВН, Балтимор.

Вторник, 30 июня, 21.58

Мы с Руди шли по коридору. Черч остался поговорить с Кто. Я взглянул на часы.

— Трудно поверить, что это один и тот же день, а?

Но он не ответил. Конечно, глупо обсуждать тему на ходу. Я спросил охранника, где наши комнаты, и он показал нам две двери, расположенные друг напротив друга. Моя квартирка, явно переделанная из конторского кабинета или хранилища, была примерно той же площади, что и номер в гостинице средней руки. Правда, без окон. Немаркий серый ковер, большой телевизор, мягкое кресло с откидной спинкой. Зато в углу комнаты я обнаружил собственную кровать. Компьютер со всеми причиндалами тоже оказался моим. Три нераспакованных чемодана стояли аккуратным рядком у шкафа. А на покрывале, положив голову на лапы, лежал Кобблер. Он открыл один глаз, решил, что я не так интересен, как то, что ему снится, и снова погрузился в медитацию.

Руди опустился в кресло и закрыл лицо ладонями. Я изучил недра маленького холодильника, вынул пару бутылок с водой, похлопал одной из них доктора по плечу. Он нехотя выпрямился и поставил минералку между своими ботинками. Я сделал глоток и уселся на пол, привалившись к стене.

Долгие часы стресса оставили следы на лице Руди. Его глаза блестели неестественно ярко.

— В какой ад мы с тобой угодили, ковбой?

— Прости, что втянул тебя в это.

Он потряс головой, перебивая меня.

— Нет, не в том дело. Просто вся… — он поискал подходящее слово, — реальность происходящего потрясает. Один только факт существования чего-то вроде ОВН. Это нисколько не похоже на то, что мы знали о суперсекретных организациях! Черт, Джо, таких могут быть дюжины. Сотни. Я мыслю достаточно рационально и согласен с тем, что правительству необходимы секреты. Нужны шпионы, тайные операции и все прочее. Я взрослый человек и в состоянии с этим примириться. Готов даже признать, хотя и с большой неохотой, что после одиннадцатого сентября терроризм в определенной степени стал частью нашей повседневной жизни. Покажи мне хоть одного юмориста на эстраде, который не пошутил бы на эту тему!

Я глотнул еще воды. Пусть Руди выговорится.

— Но сегодня я видел и слышал такое, что… навсегда изменит мир. После одиннадцатого сентября я утверждал, как и все вокруг: прежнего не вернешь. Неважно, что мы снова погрузились в обычные заботы и многим из нас безразличен цвет, в который окрашен сегодняшний террор. То был день, не похожий на все прочие дни моей жизни. И сегодня я испытал столь же сильное потрясение. Может, даже тяжелее. Знаешь, что я сделал? Я просидел десять минут в туалете, рыдая в три ручья.

— Ну ты же человек, — начал я, но Руди снова меня прервал.

— Дело не в том, и ты это понимаешь, Джо, так что нечего меня утешать.