— Может, и тебе стоит пойти спать?

— Надеюсь, что вы с Оро поможете мне?

— Конечно, но утром ты будешь страдать от похмелья.

— Ах да. Хорошо, что завтра нам дадут день отдыха перед тем, как мы погоним скот.

— Похоже, многие нуждаются в таком отдыхе. Антония указала на Джеда Тэйкера, которого тащили домой двое чуть менее пьяных работников.

— Я напоил его так, что он свалился под стол.

— Жаль, что у него не хватило ума свалиться туда пораньше.

— У тебя полно забот, дорогая?

— О чем ты, приятель?

— Нинья Бенкрофт доставляет тебе хлопоты?

— Да. Я говорила с Марией. Она попытается открыть ей глаза.

— Пусть попробует, но едва ли у нее что-нибудь выйдет. А вот твой любовник, он не спускает с тебя глаз.

— Знаю, но ничего с этим не могу поделать. Я сказала Ройалу, что мы с Оро не любовники. Если этого ему мало, — она пожала плечами, — ничем не могу помочь. Я выдержу все, что бы ни произошло.

— Думаю, это случится сегодня вечером. Антония вздохнула:

— Я тоже так думаю. Все хотят поговорить со мной, поучить, предупредить и обвинить меня. Только он еще не успел.

Томас обнял ее за плечи:

— Бедная девушка, такая невезучая.

— Да, есть немного. Томас, а ты изрядно нагрузился.

— Я даже забыл, как люди встают на ноги. Рассмеявшись, Антония обвила его рукой и подала знак Оро. Впрочем, оказалось, что и он не в лучшем состоянии. Пожелав всем спокойной ночи, Антония помогла Томасу и Оро дойти до дома.

Когда близнецы улеглись, Антония раздела бесчувственного Томаса, подозревая, что придется проделать то же самое и с Оро. Он еще не впал в беспамятство, но казался совсем беспомощным. , — Что вы за жалкая пара! — рассмеялась она.

— А ты совсем трезвая, дорогая?

— Нет, Оро, но и не так смертельно пьяна, как вы оба.

— Жаль, что я так напился.

Укрыв Томаса одеялом, Антония подошла к Оро.

— Завтра утром все это скажется.

— Конечно. Мне будет так плохо, что я не смогу позаботиться ни о чем и ни о ком…

— К сожалению, да, Оро.

— Мне стыдно, что я оказался таким слабаком и взвалил на тебя свои заботы. Но больше я ни о чем не могу думать. — И не думай сейчас. Твои мозги мертвы.

Оро вздохнул:

— Мне хотелось бы, чтобы и мое сердце тоже умерло. Может, скоро так и будет.

— Нет. Скоро ты сам увидишь, что это излечимо. Стоит только этого захотеть.

— Ты поможешь мне, но как?

— Я знаю, это очень больно. И уже причинило тебе горе. Я не могу этого предотвратить и даже не хочу. В этом много хорошего, даже когда все остается позади. Я много думала, прежде чем сказала Ройалу «да». По глупости мне казалось, что я способна обуздать свое сердце, но это не так. И все же мое положение лучше твоего. Я только должна примириться с тем, что это когда-то кончится. А ты должен признать, что у тебя это никогда не начнется.

Он провел рукой по ее ягодицам:

— А может, мы утешим друг друга? Антония оттолкнула его руку:

— Это ничего не решит и не поможет ни одному из нас, по крайней мере теперь. Кроме того, ты слишком пьян.

— Да. — Оро засмеялся и закрыл глаза. — Спи спокойно, дорогая!

Антония посмотрела на него. Как жаль, что ему так мешает его происхождение. Может, не стоит бояться предрассудков и восстать против них?

Она покачала головой и. пошла к дверям. Все складывается очень плохо, и бороться с этим безнадежно.