Взглянув на Шарлотту, Ройал с удивлением отметил, что она одна из тех девушек, которые могли бы составить ему пару. Однако, связанный с другой женщиной, он рисковал оскорбить Шарлотту. Она, несомненно, отвергнет его ухаживания, если он решится на это. Любезно улыбаясь, Ройал поддерживал светскую беседу, но при этом мучительно размышлял о том, что так задержало Антонию.

Глава 14

Когда в дверь постучали, Антония с облегчением вздохнула. Она впустила в комнату Оро, Томаса, Патрицию и Джастина. Патриция смущенно взглянула на Антонию, на которой были только лифчик и кружевные панталоны. Антония рассмеялась. Патриции никогда не понять ее. Ведь сама Антония была убеждена, что если человек не совсем голый, то выглядит вполне прилично. Молодые люди уселись на кровать и, с усмешкой оглядев ее, налили себе вина.

— А вы выглядите очень неплохо, — сказала Антония, осмотрев молодых людей.

— Все наши старания будут напрасны, если ты не поспешишь одеться. Почему ты так задержалась?

— Ты, Патти, прелестна. А вот я ума не приложу, как надеть такую уйму вещей? Что это такое? — Антония взяла в руки корсет.

— Корсет, — фыркнула Патриция, — но вряд ли он тебе понадобится. Надень нижнюю юбку.

Джентльмены с нескрываемым любопытством наблюдали, как Патриция помогает Антонии одеться, но раздраженная девушка не замечала этого. Ей так не нравилось обилие неудобной одежды! Когда наконец все было готово, Патриция задумалась, что делать с ее густыми волосами.

— Наверное, надо что-нибудь попроще, — пробормотала Патриция, расчесывая волосы Антонии. — У тебя есть какие-нибудь украшения?

— Да, но не очень богатые. — Она взглянула на жемчуг Патриции. — Не такие, как у тебя.

— А я думала, что Хуан…

— Украл что-то для меня? — улыбнулась Антония. — Нет. Он и Мануэль все покупали для нас, а крали только деньги. Томас, дай-ка мне то, что лежит в сумке, хотя это может не подойти.

Когда Томас выложил на стол серьги, ожерелье, кольцо и браслет, Патриция ахнула от восхищения, увидев изящные украшения из серебра с бирюзой.

— Очень красиво. — Патриция залюбовалась украшениями. — Ну, что скажешь?

— Очень хорошо.

Пока Антония разглядывала свою пышную прическу, Патриция надела на нее ожерелье.

— А оно не свалится?

— Надеюсь, нет. Оно идет тебе, Антония.

Надев туфли, Антония снова подошла к зеркалу:

— Я выгляжу хуже, чем ты.

— Ты выглядишь отлично! — заверил ее Джастин.

— Возможно, но это совсем не та Антония. Да, это вовсе не я.

Патриция подала Антонии ее белую кружевную шаль:

— Что за ерунда! Кто же это, как не ты?

— Это я, если я захочу быть такой. Я могу прикинуться настоящей леди, но только не навсегда. И если Ройал этого хочет, то я не для него. Я не могу играть в эту игру постоянно.

— Ты станешь такой, какой захочешь, Антония, — сказала Патриция. — Немного практики, и это перестанет быть игрой.

— Нет, это всегда будет игрой. Я наблюдала за настоящими леди и знаю, что никогда не стану такой, как они. Леди не говорят ни о скоте, ни о других мужских делах. Они никогда не стреляют и не надевают штанов, даже садясь в седло. Леди ни за что не признается, что ей нравится, когда ее целуют. У настоящих леди много запретов. Это противно мне. Я не буду счастлива, придерживаясь таких правил.