Конара протянула руку.

— Позвольте вас проводить.

Джийан прикрыла глаза.

— Пусть лучше это сделает Наватир. Вам нужно вернуться к рамаханам. Сейчас им как никогда нужна ваша поддержка.

Инггрес кивнула.

— Как пожелаете, Первая Матерь.

— Конара Инггрес…

— Да, Первая Матерь!

Джийан знала, что следует что-нибудь сказать, и все же не смогла найти подходящих слов.

— Ничего, — хрипло проговорила она, — просто пришлите ко мне Наватира.

— Сию секунду, — отозвалась конара, но почему-то замешкалась.

— Что такое?

— Возможно, это не мое дело, Первая Матерь, — проговорила Инггрес, пряча глаза, — да только когда Наватир выздоравливал, он кое-что мне рассказал.

— Что именно?

— Про вашу последнюю ссору.

— Боюсь, вы были правы, это действительно вас не касается, — ледяным тоном проговорила Джийан. — А теперь идите и…

— Нет, я должна сказать, — неожиданно для самой себя выпалила конара Инггрес. — Наватира очень обижают ваши тайны и секреты. Вы его отталкиваете, ему больно, и он думает, что вы его больше не любите.

— Пришлите ко мне Наватира, — глухо попросила Джийан.

Увидев, как Инггрес склонилась над ухом Реккка, Первая Матерь задумалась. Как далеко могли зайти их отношения? Они просто говорили по душам или держали друг друга в объятиях? А вдруг они уже любовники? В том, что конара Инггрес полюбила Наватира, можно не сомневаться. Вопрос в том, отвечает ли он ей взаимностью. Несмотря на последнюю размолвку, Джийан знала, что Реккк ее любит. Неужели все изменилось за несколько недель? Видение продолжало ее преследовать, навевая дурные мысли.

— Как ты? — спросила Джийан подошедшего Реккка.

— Со мной-то все в порядке, — отозвался он. — Инггрес говорит, ты плохо себя чувствуешь.

«Уже Инггрес, ничего себе», — подумала Первая Матерь.

— Пойдем в сад, немного свежего воздуха мне не помешает.

На вечернем небе появились первые звезды, и Джийан, без труда отыскав каменную скамейку, присела. Прохладный ветерок играл в вершинах деревьев. В темноте пики Дьенн Марра казались еще ближе, чем днем. Кроме волшебницы и Наватира, в саду не было ни души.

«Пусть сам расскажет. Я первой спрашивать не буду», — подумала Джийан и тут же устыдилась своей ложной гордости. Собрав всю храбрость, она взяла Реккка за руку.

— Что случилось, пока меня не было?

Наватир молчал, и Джийан стало страшно. Что, если он больше ее не любит?

— Все началось, когда ты отказалась делиться со мной своими секретами, — наконец проговорил он.

— Наватир, прошу тебя, на то были веские причины…

— Знаю, Инггрес мне объяснила.

— Объяснила?

Реккк кивнул.

— А что с Инггрес?

— Она прирожденный лидер, воплощение веры, настоящая рамахана.

— А что еще?

— Джийан, она преданна тебе и Миине. Иногда мне кажется, что ее вера сильнее, чем у нас обоих. Она никому не позволит сбить себя с пути истинного.

— Даже тебе?

Возникла пауза. На самом деле Джийан хотелось спросить: «Что между вами было?» Хотя зачем ей знать ответ? Когда до нее дошло, что Реккк уже по-своему ответил на этот вопрос, сразу стало легче.

— Джийан, умоляю, забудь об этом. Если Инггрес узнает, о чем мы разговаривали, то не перенесет. Она живет, чтобы служить Миине и тебе.