Мужчина кивнул и во все глаза уставился на Френтиса:

— Это действительно он? Король немедленно обнаружит самозванца.

— Уверяю вас, это действительно брат Френтис, бравый товарищ короля Мальция, восставший из мертвых, как и было нами обещано.

— Какой рукой обычно пользуется король? — спросил мужчина, буравя Френтиса взглядом.

— Пишет — левой, а меч держит в правой, — не задумываясь, ответил тот. — Его отец заставлял мальчика подавлять естественную наклонность, опасаясь, что она повредит ему в бою.

Мужчина удовлетворенно крякнул, а женщина сказала:

— Зачем нам обманывать вас, милорд? Разве мы не сдержали все данные прежде обещания?

— Где ваш обычный посредник? — Мужчина проигнорировал ее вопрос, обшаривая взглядом склад. — Тот, которого я знаю в лицо?

— Вы скоро его увидите. Когда город будет взят, а наше соглашение исполнено.

— У меня есть еще одно условие.

Ее губы дрогнули, брови приподнялись, и Френтис понял, что этот щеголь только что обеспечил себе быструю смерть.

— Условие, милорд?

Мужчина кивнул, нервно облизывая губы. Руки он прятал в складках отороченного соболем плаща, но Френтис мог бы поклясться, что они у него дрожат.

— В Варинсхолд возвращается принцесса Лирна. Король наверняка пожелает, чтобы она присутствовала на его встрече со старым боевым товарищем. Ее не должны ранить ни при каких обстоятельствах. Принцессу надо спасти и доставить под мою защиту. От этого будет зависеть мое дальнейшее сотрудничество с вами. Думаю, я выразился ясно.

— Принцесса Лирна славится своей красотой, — кивнула женщина. — С нашей стороны было бы невежливо отказывать вам в маленьком подарке.

— Но она ничего не должна узнать о моей роли во всей этой… истории. — Глаза мужчины злобно сверкнули. — Мое спасение и последующее возвышение должны выглядеть как мудрые решения практичного человека.

Женщина улыбнулась. «Медленная мучительная смерть», — подумал Френтис.

— Еще какие-нибудь условия, милорд? Впрочем, не волнуйтесь: что бы вы ни пожелали, все будет так, как захотите. — Она проводила его до двери, и на ее лице читалось только подобострастное выражение служанки перед добрым хозяином. — Корабль прибудет через день или два. Мы дадим знать, когда придет время открыть личность брата Френтиса.

Она с почтительным поклоном придержала дверь. Лорд открыл было рот и, без сомнения, заработал бы сейчас дополнительные мучения, но он передумал говорить и торопливо ушел.

— Ну? Что скажешь, любимый? — повернулась женщина к Френтису. — Сжечь или освежевать?

— В Королевстве предателей обычно вешают, — ответил он. — Но я думаю, этому типу сожжение вполне подойдет.

* * *

Ночью он смотрел на спящую женщину, заклиная Ушедших вернуть ему зуд в боку, но те не снизошли. Тогда, попросив у них прощения, Френтис взмолился всем альпиранским богам, каких только смог припомнить: Безымянной провидице, которой служил старик; богу моря Олбиссу; богу мужества Мартуалу, статую которого друг-каменщик Ваэлина высек в Линеше… Но и они остались глухи к его просьбам. Френтис оставил надежды достучаться до мира Вовне и решил обратиться к кумбраэльскому Отцу Мира: «Если ты есть, освободи меня, верни мне боль. Я оставлю Веру, оставлю орден и буду служить тебе всю жизнь. Только освободи меня!»

Но Отец Мира, как и прочие боги или души Ушедших, остался безучастен к бедам Френтиса.

Следующие два дня с началом утреннего прилива они забирались на крышу склада и наблюдали за портом.