Даная увидела группу солдат, стоявших у борта и изо всех сил старавшихся привлечь ее внимание. Но она высокомерно сделала вид, что их не замечает. Только один человек, стоявший слегка в стороне, невольно притягивал ее взгляд. Он был высок и широкоплеч и одет в великолепную воинскую одежду из кожи и бронзы. На нем был шлем с султаном из алых перьев и алый плащ, волнами ниспадавший с его плеча. Он был так роскошно одет, что Даная заподозрила, не великий ли это Цезарь собственной персоной! Но когда воин снял шлем, девушка увидела, что он гораздо моложе закаленного в битвах проконсула Рима. Их взгляды встретились. Воин, не смущаясь, смело улыбнулся ей и отвесил глубокий поклон. Не раздумывая, она слегка поклонилась в ответ, но тут же отступила назад, когда остальные солдаты разразились приветственными возгласами.

Даная никогда прежде не видела римлян и не стремилась увидеть их снова. Но этот единственный поразил ее воображение.

Рамтат был встревожен. Все его мысли были заняты предстоящей задачей. Он едва замечал маленькие рыбацкие лодки и торговые суденышки, поспешно освобождавшие дорогу римскому флоту. Он сурово нахмурился, когда некоторые солдаты, стоявшие у борта, начали отпускать непристойные замечания в адрес огромной черной пантеры и черноволосой красавицы, державшей ее на цепи. Заметив молодую женщину, Рамтат удивленно раскрыл глаза. На ней была белая расшитая золотом туника и широкий зеленый пояс, охватывающий талию и спускавшийся до кончиков золотых сандалий. Руки ее выше локтя были украшены золотыми амулетами, и еще один амулет обвивал ее стройную лодыжку.

– Ну и ну, вот с кем я хотел бы познакомиться! – сказал один из солдат, посылая ей воздушный поцелуй.

– Побереги свои силы, – улыбнувшись, сказал Рамтат. – Это, друзья мои, египетская девушка очень знатного происхождения. Она даже не захочет вас знать.

Он заметил, что глаза ее обведены краской, но подумал, что такие глаза не нуждаются в украшении. Когда корабли так сблизились, что, казалось, он мог бы протянуть руку и коснуться ее, Рамтат улыбнулся девушке и низко поклонился. Она ответила на поклон, с достоинством наклонив голову, от чего ее черные волосы рассыпались по кремовым плечам.

Скрестив на груди руки, Рамтат оперся плечом о планшир и устремил взгляд на незнакомку, задаваясь вопросом, кем она могла быть. Хотя она выглядела египтянкой, ее зеленые глаза говорили о другом. Ему и прежде приходилось видеть что-то похожее – у царицы Клеопатры были точно такие же изумрудные глаза. Возможно, эта женщина тоже греческого происхождения.

Трибун Хирт, офицер штаба Цезаря, ткнул Рамтата под ребра.

– Если эта девушка – образчик египетских женщин, я дождаться не могу, когда мы сойдем с корабля. Хотел бы я быть той кошкой, что она держит возле себя!

– Я бы сказал, что такие, как она, – большая редкость в любом обществе, – ответил Рамтат, твердо зная, что навечно сохранит в памяти образ юной красавицы.

– Возможно, это сама Клеопатра!

– Нет, трибун. Я знаю царицу Клеопатру, но даже она не может сравниться красотой с этой девушкой, – заметил Рамтат, отвешивая прощальный поклон таинственной незнакомке, гордо вздернувшей свой изящный нос. – Хоть она и не царица, рискну предположить, что кто-то из ее предков стоял очень близко к трону. Сходство между ними очевидно.

– Значит, ты не знаешь, кто она такая?

– Я с ней не знаком, – тихо сказал Рамтат, не отрывая взгляда от тростникового торгового судна, где стояла таинственная женщина и смотрела на него. – Но если боги окажут мне милость, мы скоро встретимся.

Глава 5

Капитан Нармери погрозил кулаком и выругался себе под нос, увидев, как еще два римских корабля безжалостно надвигаются на его маленькое суденышко, вынуждая очистить им путь и снова отклониться в сторону острова Фарос.