– В последнее время прибыль была неплохой, – словно желая оправдаться, ответил Эрдвин.

– Война позволила тебе лучше зарабатывать? – Альба отставила чашку. – Полагаю, нам следует взойти на борт прямо нынешней ночью. Стража пока сюда не заходила, но, по некоторым причинам, им может взбрести в голову поразнюхать здесь…

– Неужели вы разозлили Ночной дозор? Во имя Создателя, Альба!

– Этого было никак не избежать…

– А ваша спутница не очень-то болтлива… – заметил Эрдвин, так внезапно сменив тему, что от неожиданности я расплескала немного чая на блюдце тончайшего фарфора, разрисованного пышными плетьми золотистых виноградных лоз. Такая изысканная посуда в столь неподходящем месте, как странно…

– Ей ни к чему с тобой разговаривать, – отрезала Альба, побарабанив пальцами по исцарапанному столу. – Кажется, в прошлый раз ты усвоил урок? Састра Орвлин все еще хочет выдвинуть обвинения.

– Я просто поговорил с ней, – пробурчал Эрдвин.

– Думаешь, суд бы в это поверил? – покачала головой Альба. – А я-то считала, что ты пытался продать ей пай несуществующего корабля.

– Это просто сделка, Альба. Ну подумаешь, немного рискованная.

– Похоже, састра Орвлин считала иначе. Я не доложила властям о твоих сомнительных методах ведения дел, так что ты должен мне небольшую услугу.

– Услугу, из-за которой меня сошлют в поселение на скалах!

– Твой бизнес – это постоянный риск, – пожала плечами Альба. – Итак, на корабль?

Эрдвин опрокинул себе в глотку последние капли чая и тесными переулками повел нас на набережную. У длинного причала среди небольших судов был пришвартован его корабль – шхуна с крутыми мачтами и вырезанной на носу чайкой.

– Полагаю, в конструкцию, как обычно, внесены… некоторые изменения? – осведомилась Альба.

– Разумеется. Что насчет платы?

– Плату получишь, когда мы окажемся в Галатии, а наши шкуры останутся целыми и невредимыми. Плата! Молись, чтобы тебе повезло.

Эрдвин перекинул наши котомки через фальшборт и помог вскарабкаться по грубому веревочному трапу на палубу.

– Команда до рассвета поднимется на борт и покинет бухту Рильке, как только власти порта дадут разрешение на отплытие. – Ногой он отпихнул в сторону бочонок и подковырнул тонкую доску. Под ней скрывался шнур; Эрдвин потянул за него и открыл люк. – А пока спрячьтесь здесь. И не вздумайте жечь свечи!

– Хорошо, – кивнула Альба. – Ты ведь дашь знать экипажу, что с ними поплывут пассажиры?

Эрдвин помедлил с ответом.

– Конечно. Конечно, скажу.

– И что капитану не заплатят, если нам причинят хоть какой-то вред?

– Да, как обычно – приму все меры предосторожности. – Он тревожно оглядел пристань. – А теперь позвольте, я отправлюсь к себе и посплю. Я никогда не встаю так рано, это вызовет подозрения у Ночного дозора.

Альба согласно кивнула, и мы спустились в трюм.

Подождав, пока стихнет эхо его шагов, я повернулась к Альбе. Нас слабо озарял тонкий луч лунного света, что проник в помещение.

– Как ты вообще умудрилась с ним познакомиться?

– Он сам нашел нас. Решил, что добрые сестры станут легкой добычей для одного из его приспешников.

– Ты ему доверяешь?

– Он деловой человек. В каком-то смысле, – поправилась она. – Это просто бизнес.