Он продержался еще немного, Клео начала двигаться сама. Она оторвалась от него, и когда Дэниэл уже думал, что дольше ему не выдержать, сейчас он опрокинет ее на спину и возьмет свое, она опустилась на него. Приподнялась, помедлила и снова опустилась.

— Никак не могу насытиться тобой, — шептала она.

И он не сомневался — она говорит правду.

Он опрокинул ее на спину, упал сверху, вдавливая своей тяжестью в кровать. Его рот нашел ее губы, он подхватил ее под колени, приподнимая ее ляжки повыше, входя в нее снова и снова, желая, чтобы минуты эти длились вечно.

Наконец по ее телу пробежала дрожь, гортанные возгласы срывались с ее губ, подстегивая его.

Больше он не мог сдерживаться. Клео увлекла его за собой, и он с радостью последовал за нею. И наконец, опустошенный и обессиленный, он замер в ее объятиях.

Ничего подобного испытывать ему еще не приходилось. Это, конечно, был секс, но и нечто гораздо больше, чем секс.

Пять минут спустя Клео спросила:

— Я сделала что-то не так?

Он рассмеялся, ощутив, как его наполняет радость, и крепко поцеловал ее в покрытый испариной лоб.

— Ты неподражаема. Изумительна. Где ты научилась такому?

И сразу же понял — не следовало этого спрашивать. Клео сразу же, не успели слова слететь с его губ, отстранилась. Не физически, а эмоционально. Будто бы перед самым его носом захлопнули дверь.

Он знал, сейчас Клео уйдет.

«Не уходи!» — мысленно взмолился Дэниэл.

Его интуиция опережала логику, слепо рванувшись в завтра, лихорадочно изобретая, что бы такое сделать, чтобы заставить Клео остаться.

— Где я такому научилась? — переспросила она.

Тела их не могли быть ближе, а души — дальше друг от друга.

— От одного из моих многочисленных любовников.

Дэниэл сокрушенно крякнул. Откатившись от нее, он присел на край кровати, швырнув использованную резинку в корзинку для мусора. Потом опять прилег рядом с ней. Близко, но не касаясь ее.

— Вряд ли у тебя было так уж много любовников, — сказал он, чувствуя, что она опять лжет. Надеясь, что лжет.

— Нет?

— Нет.

— Ты ничего про меня не знаешь. Только то, что я шарлатанка. Ты ведь так называл меня? А если я шарлатанка, то логично, что спала я со многими.

— Прекрати, Клео, — миролюбиво попросил Дэниэл. — Не заводись.

— Ты что, и правда стараешься как-то обелить меня? Наделить качествами, какими всего два часа назад я вовсе не обладала? Ну и ну! Секс точно меняет все. Превращает грешников в святых, а святых в грешников. — Гнев ее нарастал, вибрируя в маленькой комнатке. — Всего два часа назад я была подлейшей личностью в Египте, штат Миссури. Но теперь, после секса со мной, я для тебя стала уже не такой подлой.

Он действительно занимался с ней любовью? Неужели недавно между ними действительно происходило это?

Клео скатилась с кровати и быстро принялась одеваться. Трусики. Бюстгальтер. Блузка.

Дэниэл тоже спрыгнул с кровати, схватил с пола шорты и молниеносно натянул их. Она сунула ноги в сандалеты, поочередно поднимая ноги, застегивая ремешки на щиколотках.

— Ну а ты? — огрызнулся Дэниэл, застегивая шорты. — Ты только и лжешь с самого первого дня, как приехала сюда. Да даже еще до приезда. Этот твой шарлатанский трюк в Калифорнии. Твои надувательские сеансы, выдуманные страшилки. — Потянувшись, он взял ее лицо в руки.

Цепочка на шее Клео сверкнула в отсвете пламени, мерцая на ее коже. Дэниэл взялся за цепочку, поднес колечко к ее лицу.

— Ну а это? Ты ведь и про кольцо наврала меньше чем полчаса назад.