Генри повиновался.

— Вблизи трона ничего нет, — прошептал Наксто по-английски, когда они вышли из тронного зала. — Я обыскал туалетную комнату, гарем, нечто вроде тюрьмы, клетку с драконом… Но никакого оборудования нигде нет.

— Я думаю, — сказал Генри, — что это все-таки гарем.

— О, действительно! Вряд ли станут беспокоить старого проказника, когда он с молодой красоткой.

— Но почему стража не подвержена рефлексу?

— Не знаю. Но я заметил у них шрамы. Возможно, они оперированы и у них нет нерва, реагирующего на этот рефлекс. Я бы на месте короля поступил именно так.

Ну конечно! Король, стража, охраняющая главный вход и прочие важные точки, не должны реагировать на мингх. Вырезав нерв, можно добиться этого. Очевидная предосторожность…

Но что-то беспокоило Генри. Что-то неуловимое, чему он пока не мог найти названия…

Впереди послышался рев, они находились возле огромной клетки, перегораживающей коридор. В ней сидел ррвр.

— И не надо никакой охраны! — сказал Наксто.

Он закрыл за собой решетку, и они пошли дальше, а ррвр сопровождал их вдоль стенки клетки. На другом конце

Наксто закрыл следующую решетчатую дверь, которая вела в длинный узкий отрезок коридора, словно в галерею вдоль клетки. Затем кэзо толкнул колесо, к которое были прикреплены диски для присосок, как спицы К земному колесу. Оно повернулось, и передняя стенка клетки медленно надвинулась на галерею. Вся система двигалась на колесах. Вскоре клетка полностью поглотила проход. Отсюда не было выхода, кроме как через клетку, но в ней сидел ррвр.

— Управлять ею можно лишь с одного конца, — сказал Наксто. — Я рад, что понял этот механизм. Здесь никто не посмеет беспокоить старого Брф.

— Жаль, что я не узнал его получше, — сказал Генри. — Мне понравился его ум. _

— Но он был врагом. Нельзя же позволить ему осуществить мечту об Империи трех планет. Он был слишком умен, чтобы жить.

— Последний раз я слышал это рассуждение, — медленно произнес Генри, — когда мы говорили с кэзо, Властителем Земли.

— Вы, земляне, к сожалению, верите в то, что результаты действия разумных существ гуманны по своей сути.

— Да, — вздохнул Генри. — Опасно быть наивным, если к тому же ты еще глуп. Но я хотя бы признаю опасность.

— Вы не глупы.

— Нет? Это зависит от того, с какой точки зрения смотреть. Вы знаете, что мне нравится женщина-кэзо?

— Как человек, вы имеете в виду? Это возможно.

— Как женщина.

— Ладно, давайте подождем, пока мы не придем в гарем. Может быть, вам понравится женщина-юне?

Генри рассмеялся, хотя кэзо и был чересчур дерзок. Они подошли к тюрьме. В камере неподвижно лежало с полдюжины юне,

— Они, вероятно, отравлены, — Генри покачал головой. — Юне никогда не теряют контроль над присосками в обычных условиях. Даже если без сознания.

— Они все равно не могут убежать — их охраняет решетка и ррвр. Зачем же их было отравлять?

— Потому что они особо чувствительны! — воскликнул Генри. — Это юне, которые распространяют мингх! Брф просто вынужден держать их в бессознательном состоянии, только так он сможет сдерживать распространение рефлекса.

— Вы хотите сказать, что я прошел мимо, разыскивая машину, а не… Но они не могут быть единственными «чувствительными» юне на планете!

— В данный момент — могут.