— Мать моя женщина! — потрясенно выдохнул Бен. — Похоже, манхэттенским парням предстоит нынче веселенькое утро! Это ж сколько нужно людей, чтобы его зачалить!

— Что за «манхэттенские парни»?! — нетерпеливо воскликнул Джек.

— Ребята с военной базы, сэр! Бьюсь об заклад, эта посудина держит курс туда — во всем Новом Йорке другого подходящего места не сыщется!

Последние слова он договаривал в пустоту — Мюррей поспешно натягивал влажную еще одежду.

Едва только солнце поднялось достаточно высоко, «Паровая Душа Стерлинга» пристала к берегу. Над палубой лениво покачивались широченные перистые опахала — ветви гигантского древовидного папоротника. От его спор першило в горле и хотелось чихать — но это было единственное подходящее укрытие на протяжении многих миль. Началось все с того, что двигатель броненосца, до сих пор работавший как часы, вдруг засбоил и смолк. Инженер Лидделл спешно принялся выяснять причину поломки. Оказалось, виной всему водоросли — необычайно длинные, густые и обладающие прескверным свойством сцепляться меж собой колючими листьями, захватывая попутно всевозможный речной сор. Вскоре осклизлая, перевитая полусгнившими растительными волокнами масса напрочь закупорила фильтры водозаборника. Попытка очистить их ни к чему не привела: водоросли тут же цеплялись снова, вдобавок часть их попала в насосную систему. Перемазанные остро воняющей тиной, с исколотыми о крючковатые шипы руками матросы угрюмо чертыхались. Стерлинг скрипел зубами, но поделать ничего было нельзя. На помощь снова пришли «стим бойз»: умение призраков ходить по воде оказалось весьма кстати. Туманные фигуры впряглись в лямки канатов, и покалеченный броненосец черепашьим темпом отбуксировали на мелководье.

— Поверьте, сэр, с обычными водорослями наши водометы справились бы играючи! Кто же знал, что в здешних реках встречается такая пакость… — извиняющимся тоном говорил Лидделл. — Это просто подводные кактусы какие-то!

— А ваши хваленые раздвижные мачты покорежило осколками! — рычал Стерлинг. — Мы даже не можем поднять паруса!

— О, это поправимо! Дайте мне час, ну максимум два — они будут как новенькие…

— Проклятие! Будь у меня нормальный корабль, мы бы даже не заметили этой поганой жижи. Шон, какого черта вы все тут расселись?! За работу, мерзавцы!

Буйная зелень береговой растительности вдруг с хрустом раздвинулась, и в какой-нибудь паре ярдов от борта возникла уродливая зубастая башка размером с хороший дорожный сундук. Покрывавшие голову ящера разноцветные чешуйки слагались в прихотливый узор, заостренные надбровные дуги выдавались вперед и вверх, будто рога. Другая пара рожек, помельче, венчала отверстия ноздрей.

— Крррра? — вопросила бестия, совершенно по-птичьи склонив голову набок.

Выдохнув ругательство, капитан Стерлинг вскинул протез. Механическая рука изрыгнула огонь; длинная очередь была выпущена почти в упор. Зазвенели по палубе гильзы. Пули «дум-дум» вырывали огромные клочья мяса, дробили кости; ящер с оглушительным шумом и треском опрокинулся навзничь и засучил в агонии когтистыми лапами, поднимая фонтаны ила и воды.

— Ненавижу вас, тварей! — проорал Стерлинг. — О’Рейли, двоих с оружием на палубу! Нет, четверых! Да не с магазинками, пускай берут дробовики, штуцеры — короче, все калибром покрупнее! Пошевеливайтесь!

Происшествие, конечно же, не способствовало работе: матросы нервно косились на прибрежные заросли, вздрагивая при каждом шорохе. Наконец одну мачту с грехом пополам установили, растянув на реях издырявленный парус.