Помощник директора, молодой человек, только удивлялся.

— Этого не может быть! — восклицал он. — Это просто какие-то сказки. Таких вещей вообще в природе не существует.

— Может, вы и правы, друг мой, — ответил монах, не вступая с ним в спор, — но, как ни удивительно, тогда это было действительно так. Есть такие необычные вещи на земле, и это одна из них.

— Откуда вам это известно? Есть какая-нибудь информация по этому поводу? Вы что-то знаете? — Директор сам с трудом верил тому, что говорит старый монах.

— Все это дела давно минувших веков, — вздохнул монах, видя недоверие сотрудников музея. — Теперь уже этот крест ничего не может. Чтобы он начал творить чудеса, нужно какое-то заклинание, которое давно забыто предками. Теперь это просто кусок золота.

— И не малый, — в свою очередь добавил молодой человек.

— Золото здесь ни причем, — сказал директор, хранивший до этого молчание и внимательно слушавший монаха. — Для нас это экспонат, и только этим он нам дорог.

— Неужели этим крестом кто-то когда-то мог воспользоваться? — допытывался помощник.

— Представьте себе, да. Это уникальная реликвия. Она в свои времена творила невероятные чудеса!

— Интересный вы человек, — признался директор. — На этом кресте с обратной стороны есть какое-то слово. Наши специалисты не могут понять, что бы оно значило.

— Можно его посмотреть? — поинтересовался монах.

Молодой человек недоверчиво взглянул на своего шефа.

— Можно, — согласился тот, — но только тогда, когда музей будет закрыт. Крест находится под охранной сигнализацией, и ее придется мне на некоторое время отключать.

Директор проводил монаха до выхода и пожал ему руку:

— Я сегодня могу задержаться, и мы вскроем витрину, — сказал он. — Мне самому это интересно. Может, действительно есть какая-то тайна в этом кресте.

Монах промолчал.

— В таком случае мы вас ждем в девять вечера.

Помощник закрыл за стариком дверь и вздохнул.

— Ты-то что так переживаешь? — спросил директор. — Я не думаю, что там заложено все то, о чем несет этот старик. Сам должен понимать: такие вещи, о которых он твердит, маловероятны.

Монах спустился по длинной широкой лестнице вниз и оглянулся на здание музея, потом скрестил руки перед собой, низко поклонился.

— Странный монах, — заметил помощник. — Какие-то небылицы рассказывает. Видно, старик выжил из ума.

Директор строго взглянул на молодого человека, развернулся и направился к себе в кабинет.

Монах появился ровно в девять вечера.

Директор сам вышел, чтобы встретить его и провести в музей.

— Сигнализацию мой помощник уже отключил, — сообщил он. — Мне не терпится узнать об этом кресте хотя бы самую малость, чтобы можно было рассказывать нашим посетителям.

Они прошли к витрине, которую уже помощник открыл и дожидался монаха.

— Вот этот крест. Можете взять его в руки и осмотреть, — сказал директор.

У монаха затряслись руки, когда он прикоснулся к кресту. Он прижал его к своей груди и, закрыв глаза, зашептал молитву.

— Мне когда-то мои предки говорили, что он всегда был такой холодный, — стал припоминать монах.