|
Его больше интересовало другое — сами республиканцы. Впрочем, первое впечатление пока подтверждалось — себе на уме. То есть, если ты им выгоден, то первый друг и товарищ. Но если так, сам по себе — значит, никто. Все во всём искали выгоду. Это было видно и по поведению присутствующих в зале, и по тем сериалам и фильмам, которые он просмотрел у себя в номере гостиницы. Пожалуй, больше ловить было нечего. Дальнейшие поставки и цены оговорены вчера на заседании. На блистающих драгоценностями дам и их кавалеров он насмотрелся досыта. Танцевать его никто не приглашал, да и не тянуло. Так что, в принципе, можно было уходить, тем более что через несколько часов на орбиту придёт корабль, чтобы доставить его на их тайную колонию. Внезапно его внимание привлекла лёгкая суета возле входа. Двери в зал распахнулись, и по ковровой дорожке, расстеленной по центру помещения, стремительным шагом, сопровождаемая многочисленной свитой, к главе отделения корпорации проследовала одетая в пышное вечернее платье высокая стройная девушка с крохотной сверкающей диадемой в волосах. Республиканец слегка побледнел при виде незваной гостьи, но смог взять себя в руки и горделиво выпрямиться.
— Кто это? — окликнул Иванов вдруг засуетившегося официанта. — Прошу прощения, это — дочь Главы Высшего Совета империи Тано Рейте. — А титул? — Прошу прощения ещё раз — княжна. …Понятно. Между тем назревал скандал. Бизнесмен то краснел, то бледнел, а аристократка что-то гневно ему выговаривала на повышенных тонах. Внезапно полковник усмехнулся — кажется, есть шанс поразвлечься! Он бесцеремонно приблизился, аккуратно раздвинув могучими плечами юнцов и тощих девиц из свиты красавицы, остановился. Невзирая на недовольное шиканье пострадавших, спокойно послушал. Судя по всему, речь шла о сорванной сделке, виной которой была как раз «Дайто Корпори». — И вы после этого смеете претендовать на звание надёжного поставщика Высшего Совета?! Да никогда! Я приложу все свои усилия, чтобы вы лишились всех заказов от империи! Воцарилась гробовая тишина, и в ней неожиданно громко прозвучали ленивые аплодисменты. Все вздрогнули, затем взгляды сосредоточились на Иванове. — Браво, браво, княжна! Какой великолепный спектакль вы разыграли! Моё восхищение. — Что?! Да как ты… — Не «ты», а «вы». Это первое. И второе — позвольте… Никто не успел ничего сообразить, как вдруг девушка оказалась у Михаила в объятиях. Люди ахнули, но тут снова прозвучал голос землянина: — Музыку, пожалуйста. И имперка вдруг поняла, что противостоять нахалу она не может… Её словно схватила машина, киборг. Ничего не оставалось, как подчиниться. Первые па танца Михаил с удовлетворением наблюдал, как ярость, бушевавшая в её глазах, начинает утихать, сменяясь любопытством. Да, всё-таки хорошо, что он умеет танцевать… И тело удивительно послушно ему. Партнёрша, кстати, тоже попалась умелая. Умолкла скрипка, взяв последнюю высокую ноту, и он наконец разжал объятия, склоняя голову в благодарности за танец. — Было очень приятно, княжна. Та, застыв на месте, когда парень отпустил её, спохватилась и, видимо, абсолютно машинально присела на одно колено, как и положено по этикету… Но ведь это приветствие низшего к высшему! Сообразив, что к чему, Тано так и застыла в полупоклоне, закусив губу от злости. Михаил иронично улыбнулся: — О! Значит, вы признаёте меня? Благодарю вас. — Вы! Ты! Вы! Она наконец выпрямилась и обернулась, собираясь позвать кого-то из свиты, но челядь была слишком далеко, чтобы крик через весь зал не прозвучал вульгарщиной. Что же делать? Беспомощно развернулась, и тут её рука, затянутая в длинную алую перчатку, вдруг вновь оказалась в руке известного кавалера. |
