Огромная тень зловеще нависла над нами. Абордажный уродливый крюк процарапал палубу. Послышался скрежет и хруст. Десятки крюков сковали два корабля вместе. «Рубите веревки!», – хрипло кричали с нашего корабля. «На абордаж!», – кричали с пиратского корабля. «Готовьтесь защищать корабль!» – крик захлебывался в грохоте доспехов стражи и беспорядочной пальбе.

Я подняла глаза вверх. Крик комом застрял в горле.

Мои глаза смотрели на серебристые буквы, написанные на борту корабля. Буквы расплывались в клубах тумана. В голове пронесись собственные слова: «Хоть бы я, Крессида, смогла сорвать эту свадьбу!». Как же я могла такое сказать!

Пиратский корабль назывался: «Крессида».

Как это возможно? Первые имена принцесс запрещено давать даже дочкам придворных! Я знала, что по праву одна ношу это имя! И чтобы в мою честь называли пиратские корабли? Это… это… невозможно!

Меня теснила стража. Она встала вооруженным кольцом вокруг нас с принцем. Точно такое же кольцо стояло вокруг королевских семей.

По звукам я поняла, что завязалась драка. Принц Семнадцатый тоже мужественно сражался. Он грозно расшвыривал врагов. Звенел мечом и рубил головы. Но только взглядом из за плеча стражника.

Все смешалось в неразборчивый ком. Крики, пальба, лязги, вопли, ругань. Я съежилась, закрыла уши и зажмурилась.

Когда я открыла глаза, стража была уже мертва. Они лежали возле моих ног. Бледный церемониймейстер прикрывался книгой.

Принц продолжал сражаться взглядом с пиратами. Он грозно нахмурил брови. Видимо, побеждал.

Бледные гости сидели на своих местах. И дрожали. Вокруг них стояло кольцо жутких вооруженных оборванцев.

Я никогда не видела живых пиратов. И они показались мне мерзкими, отвратительными и противными.

Позади меня стоял грязный оборванец с кривым мечом. Он свернул потрескавшиеся черные губы в трубочку.

– Какая аппетитная булочка! Какой сладкий пирожочек! Так бы и съел! – противным сладким голосом выдал пират. И присвистнул.

– Не смотрите на меня так, – сглотнула я, вспоминая, что пираты делают с девственницами. Букет в моих руках трясся, осыпаясь под ноги лепестками.

– Ты здесь причем, дура? Я про принца! – рявкнул пират, оскаливаясь в жуткой улыбке. У него из пасти торчали два острых клыка. Он облизал потрескавшиеся черные губы и ухмыльнулся принцу.

– Я могу отойти подальше, – нервно закивала я. – Чтобы вам было удобней на него смотреть! Простите, что загораживаю вам вид…

Сердце дрожало в груди. Все внутри тряслось от ужаса. Мне страшно было поднять глаза. «Это ты накликала беду!», – укоряла я себя.

– Королевская семья в сборе. А меня не пригласили! – послышался голос. Он был до ужаса низким и хриплым. У меня затряслись поджилки.

Воображение нарисовало жуткое создание. Бородатое. Без одного глаза. С деревянной ногой. Крюком вместо руки.

Я подняла глаза на трясущихся гостей.

– Мы не позволим нас ограбить! – у мужественного принца был последователь. Разодетый юноша встал, гордо сжав кулаки.

Мне показалось, что где то был орден рыцарей «Грозного взгляда». Они тренировали грозный взгляд перед зеркалом. И играли в гляделки с врагом. Они умели одним прищуром раскидывать противников. Презирать их. И спасать мир.

– Все. Грабить не будем. Нам не разрешили, – прохрипел голос так, что у меня сердце зашлось. Я старалась не смотреть в ту сторону. Пираты смеялись. Смеялся и этот хриплый голос.

Хриплый смех заставил меня вздрогнуть и затрястись. Только не это! Только не пираты!

– Вы нарушили водные границы нашей страны! – послышался истеричный старческий голос.