Вскоре Нэнси услышала мерное дыхание Питера, и, только поняв, что он спит, она рискнула открыть глаза. До номера уже доносились приглушенные звуки просыпающегося отеля.

Она приподняла голову и посмотрела на часы, стоявшие на прикроватной тумбочке. Ее взгляд зацепился за предмет, лежащий рядом с вазой, в которой стояли белоснежные лилии. Это была коробочка с презервативами. Нэнси показалось, что изображенная на крышке красотка насмехается над ней. Она откинулась на подушку и уставилась пустыми глазами в потолок.

Значит, Питер предохранялся. Во время бурного любовного акта она не думала об этом, потому что все ее ощущения были направлены на получение удовольствия.

Он, разумеется, имел право прибегнуть к защите. Питер Розански — взрослый, ответственный человек… и заботливый. Нэнси тоже была взрослой и разумной женщиной, и, тем не менее, безобидная коробочка чуть не довела ее до слез. Питер напрасно опасается, она никогда не забеременеет от него. Излишнее напоминание о том, что их связь никогда не перейдет в серьезные отношения.

— Куда мы направимся после того, как встанем? — услышала Нэнси его голос и поняла, что все это время Питер наблюдал за ней.

Она изобразила беззаботную улыбку.

— Завтракать. Я умираю с голоду.

В глубине его глаз мелькнуло удивление.

— Я тоже голоден как волк, но думаю сейчас не о завтраке.

— Исходя из моего опыта, после бурной ночи мужчины всегда просыпаются с единственной мыслью — поесть, — заметила Нэнси как можно небрежнее, садясь в кровати.

— Ты говоришь так, словно каждое утро Просыпаешься с другим мужчиной.

— Нет, конечно, — серьезно ответила она, не поддержав шутливого тона.

Взгляд Нэнси упал на пол. Там, на зеленом ковре, в беспорядке валялась ее одежда, свидетель их сексуального нетерпения и полной потери ею прошлой ночью здравого смысла. Она съежилась, разозлившись на саму себя за проявленную слабость.

Нэнси обвела глазами комнату в поисках своей сумки. Она хотела поскорее попасть в ванную, одеться и хорошенько поразмыслить над тем, что произошло между ней и Питером.

Ее небольшая дорожная сумка стояла у окна. И рядом еще какая-то. Нэнси нахмурилась.

— Куда ты торопишься? — недоумевал Питер. — Еще очень рано…

— Это твоя сумка стоит рядом с моей? — резко оборвала она его.

— Не знаю. — Питер посмотрел в направлении ее взгляда. — Да, кажется, моя.

— Почему она оказалась здесь? — строго спросила Нэнси.

— Понятия не имею. Очевидно, принесли сюда по ошибке. Но я рад этому, по крайней мере, мне не придется идти в свой номер в свадебном костюме.

Нэнси, сидевшая к Питеру спиной, обернулась и испытующе посмотрела на него.

— Ты действительно забронировал каждому из нас по номеру?

— Разумеется.

Нэнси вспомнила о лежащей на тумбочке коробочке с презервативами и заявила:

— Я не верю тебе.

Питер промолчал, и это разозлило ее еще больше.

— Ты нарочно заказал один номер, да?! Хладнокровно все рассчитал, а я, дура, попалась!

Питер по-прежнему молчал.

— Ты, очевидно, решил извлечь еще одну выгоду из нашей мнимой помолвки, верно? — Голос Нэнси дрожал от сдерживаемой ярости.

— Ну все, хватит. — Питер произнес это абсолютно спокойно и, ловко повалив Нэнси на спину, уселся на нее.

— Отпусти меня! — выкрикнула Нэнси, судорожно глотнув воздух.

— Нет.

Она попыталась вырваться, но Питер без труда удерживал ее тяжестью своего тела.

— Ты уже высказалась, теперь моя очередь.