– Я ничего не знаю о вашей религии, – лучше нудная лекция, чем вселенская грусть.

– Да, точно, – улыбнулся Киан, и у меня словно камень упал с души. – В Ваасте три основных божества. Иритания, мать богов. Лаад, бог жизни. Китом, бог смерти.

– Ив чей же храм мы едем?

– Отдельных храмов тому или иному богу в Ваасте нет. Только трем вместе. Сама увидишь. Я был в этом храме однажды. Статуи богов видно издалека. И внутри много изображений из их жизни. Сам храм очень старый. Ему больше трех тысяч лет. Никакие войны и бедствия не смогли его разрушить. Поэтому все жители Вааста стараются хотя бы раз в жизни здесь побывать. А у вас на Земле какая религия?

Я пустилась в пространный рассказ о земных религиях. Киан слушал очень внимательно. Временами мне казалось, что ему и правда интересно. Почему казалось? Не знаю. Просто между нашими мирами не было никакой связи. Не считая того, что я – здесь, а Риания – там. Вряд ли Кианэл когда-нибудь побывает на Земле. А, значит, и лишние сведения ему ни к чему. Но я рассказывала, а он слушал. С религии перешла на политическое устройство. С политического устройства – на изобретения и научные открытия. Вот тут интерес Киана стал вполне искренним, потому что он засыпал меня вопросами. «Как автомобили могут ездить, если их никто не кормит? Сама же сказала, лошади под капотом. Нет лошадей? Есть, но не там? А зачем передавать картинки через телевизор? Записать? То есть, если снять нашу поездку в храм, её можно будет увидеть, словно наяву, и десять лет спустя?»

И многие, многие другие. Поэтому я проглядела и статуи, и сам храм. Киан, кажется, тоже. Кианэл рассказывал о стихийной магии, её источниках, способах расширения магического запаса. Теперь уже слушала я.

– А, вот и храм! – возглас мужа прервал нашу беседу. – Надо же, я и не заметил, когда мы успели до него добраться. Смотри, вот они, три бога.

Гигантские статуи задевали головами небо. За их спинами вход в храм просто терялся. Первое, что я заметила – у трех богов не было лиц. Только ровный камень. В руках богиня держала цветущую ветвь. Бог жизни – солнечный диск, а бог смерти

– темное покрывало. Б-р-р, мрачная фигура. Сам храм тянулся шпилем в небо. Серые каменные стены, почти без украшений. Темный провал входа, по случаю праздника украшенный живыми цветами.

– Мне страшно, – призналась Кианэлу. – Ваши боги пугают.

– Не стоит бояться, – ответил муж. – Все будет в порядке.

Дверца кареты распахнулась, и слуга помог мне спуститься на землю. Вокруг храма не было толпы. Только королевская семья и стража. Среди стражников я с радостью заметила Ваню и Ланса. Ребята выглядели довольными жизнью. Ваня таращился на храм. Ланс улыбался во весь рот. Но они стояли достаточно далеко, и я даже словом не могла с ними перемолвиться. А возле храма замерли изваяниями трое жрецов. Их одежда была одинакового кроя – нечто вроде балахона. Отличался только цвет – красный, желтый и фиолетовый. Король и королева поклонились жрецам. Киан тоже нагнулся в поклоне, и я последовала его примеру.

– Рады приветствовать вас, дети, – заговорил жрец в красном. – Прошу, войдите под своды храма и вознесите ваши мольбы к богам.

Кислая физиономия Лира меня смешила. Мальчик попытался отстать от родителей и идти с нами, но Изалия шикнула на него, и Лир посеменил рядом с матерью. Внутри храма было темно и прохладно. Тусклые свечи слабо озаряли пространство. Я видела только большой алтарь, застеленный тканью трех цветов, и ряды скамеек вдоль стен. Их величества заняли одну из скамей. Мы с Кианом сели рядом с ними, и жрецы вдруг разом запели. Я даже вздрогнула. Мрачно. Слишком мрачно. Хотелось бежать как можно дальше.