— Ты это всё за несколько минут выяснил без галанета? Я чувствую себя ничтожеством, — вздохнула я.

— Да, выяснил, — невозмутимо отозвался пилот. — Просмотрел сводки, нам же их регулярно присылают. Корабль пропал девять лет назад, последний документированный контакт с ним — в системе Альфы Центавра, они стартовали оттуда по маршруту к Юпсилону-пять с грузом техники. Собственно, заказчик и забил тревогу, когда корабль ни в срок не появился, ни через неделю, ни через две. Работал с этим торговцем он часто, отзывался о нём хорошо, поэтому заподозрил неладное.

— Цена ошибки навигатора? — задумчиво предположил Этьен.

— Шутить изволите? — фыркнула я. — Даже с учётом всех погрешностей и пространственных флуктуаций, они бы физически досюда не дотянули на своём двигателе. Не может он прыгнуть на такое расстояние, это полная чепуха. К тому же, потерявшись где-то на девять лет. «Бриг» — простой и надёжный корабль, не верю я в такое.

— Я согласна с Варей, — поддержала меня Дарла. — Если бы это была ошибка навигатора, они бы выскочили сразу, а не через восемь лет, эти двигатели не способны порождать пространственно-временные искажения. Если только они случайно вляпались в природную дыру? Но такие тоже не возникают спонтанно и не исчезают в никуда, а от Альфы Центавра до Юпсилона — один долгий прыжок, и грузовики там летают очень часто, уж кто-то бы вляпался или заметил. Кроме того, ни один из зондов в этой системе не засёк появления данного корабля из гиперпрыжка. Электромагнитный всплеск — и дальше только сигнал бедствия.

— То есть, этим всплеском сопровождалось их появление? Интересно получается, — кивнул Этьен. — Так, я сообщаю ваши выкладки на базу, и будем садиться. Если это, конечно, возможно. Макс?

— Ну я вижу удобную площадку неподалёку от места крушения, метров двести всего. Атмосфера довольно спокойная, хотя и плотная. Сядем, всё будет нормально, — пообещал он.

— Замечательно, садимся, — распорядился капитан.

При посадке нас довольно ощутимо трясло. Имея доступ к приборам внешнего наблюдения, я этой возможностью воспользовалась, огляделась вокруг корабля, прочитала метеосводки… и отключилась от греха подальше, чтобы сохранить свою психику здоровой. Когда не имеешь данных о скорости ветра, в Максово «атмосфера довольно спокойная» было легче поверить.

Сели как и летели — с лёгким рывком, но без ужасов. С одобрения Этьена наружу были выгнаны три зонда; даром что бездушная железяка, а всё равно жалко было. Уж очень атмосфера на безымянной планетке была недружелюбная.

Приборчики мы разделили по-братски. Дарла погнала один сразу к месту крушения, второй Саймон поднял на максимально возможную с точки зрения видимости высоту для контроля за периметром, а я, прижав свой третий к земле, принялась за анализ местности и прокладку маршрута к спасаемому объекту.

Пейзаж снаружи был убогий. Серо-жёлтая почва с коричневыми проплешинами, желтоватая дымка над головой. Свет местной звезды пробивался сквозь дымку слабо, с трудом, и в итоге поверхности достигал редким, болезненно-блеклым и тусклым. Местами из-под земли пробивались невысокие тяжёлые гейзеры концентрированной серной кислоты, тут и там курились грязные жёлтые дымки. Судя по найденным Максом отчётам, жизнь в этом унылом месте присутствовала, но на уровне простейших. Её основным представителем был маслянисто-сопливый белый налёт, покрывавший камни.

— Дарла, что там с кораблём? — задал животрепещущий вопрос командир. От результатов осмотра зависело, имеет ли смысл идти к обломкам.