Тори смотрела на луну, ненавидя свою неуверенность, ненавидя то, что она боялась, что их жизнь изменится. Это была жизнь, без которой, как она теперь знала, она не сможет жить, та жизнь где она счастлива, полностью, состоящая из того, чего она раньше думала, не заслуживает.

"Сэм?"

"Мм?"

Тори поколебалась лишь мгновение. – "Я люблю тебя."

Она наблюдала как Сэм сделала резких вздох. Сэм всегда так делала. Три маленьких слова. Но все еще, это были три слова, которые она редко говорила. Она все еще не могла забыть своего детства, все еще боялась, что ее покинут, оставят одну. И в тех случаях, когда что-то трогало ее, когда что-то заставляло ее произнести эти слова, как сегодня, она знала, что Сэм чувствует истинный их смысл. Не просто три слова которые были сказаны так небрежно, три слова брошенные без задней мысли. Когда она их говорила, они шли от самого сердца. Полностью.

Она почувствовала как Сэм протянулась к ней, почувствовала, как рука Сэм проскользнула по ее руке, и их пальцы вновь сплелись. Они ничего не говорили, просто тихо сидели, держась за руки. Наконец, она расслабилась.

"Теперь ты готова рассказать мне, что тебе сказала Марисса?"

Сэм засмеялась. – "Время вернуться к делам?" – Она протянула бокал с вином. – "Наполни, пожалуйста."

"Тебе нравится держать меня в неведении?" – сказала Тори наполняя доверху бокал. – "И на сколько дружелюбной была Мисс Годдард?"

Сэм снова засмеялась. – "О мой Бог, ты ревнуешь, да?"

"Конечно нет. Я просто, никогда не считала ее дружелюбной, вот и все."

"На самом деле, она была очень милой и, удивительно, вполне обходительной."

"О, да?"

"Тори, мы говорили." – Сэм посмотрела на нее. – "Мы говорили… не для протокола."

"Что это должно значить?"

"Это значит, что никому нельзя рассказывать."

"Кому говорить? Что, черт возьми, она тебе сказала?"

Сэм взяла Тори за руку. – "Я серьезно, Тори. То что она мне сказала, это не для протокола."

Они смотрели друг на друга в тусклом свете, Тори поняла, что Сэм была серьезна.

"Хорошо, ладно. Не для протокола."

"Ладно, хорошо. Тогда слушай. Церковь не нанимала Мариссу. Это сделали мы," – сказала она.

"Какого черта?"

"По просьбе мэра."

"Но почему?"

"Потому что мэр Стивенс и отец Майкл братья."

"Что?"

"И секс-скандал который они пытаются предотвратить, не имеет ничего общего с защитой церкви, и все связано с политическим будущим Стивенса."

Тори встала и подошла к перилам, глядя в темное озеро, ничего там не видя. Чертовы политики.

"Невероятно." – Она повернулась.

"Что за политическое будущее?" – спросила она. – "Он планирует баллотироваться на пост губернатора или что-то вроде того?"

"Сенат США," – сказала Сэм.

Тори нахмурилась. – "Что черт возьми нужно сделать с его братом?"

"Марисса не сказала конкретно, но я предположила, что Стивенс знал, что у его брата был любовник. Так что, когда мы нашли его голым, Стивенс подумал, что это может всплыть."

"Так, короче говоря, нам и криминалистической лаборатории, со СМИ он связывает руки что бы изменить улики."

"Именно."

"Разве это не слишком? Сокрытие улик все равно вылезет наружу. И для чего? Я все еще не понимаю, как это может повредить его политической карьере.