— И что нам с этого? Есть какое-то определённое место, где их продают? — Алистер поднял меховую шапку и насмешливо на неё посмотрел.

Я пожал плечами.

— Не думаю, что для нас это будет полезным. Он мог купить её в одном из десятка мест в Нью-Йорке, в любом районе с большим населением русских иммигрантов.

А самые большие подобные районы были в Нижнем Ист-Сайде и в округе Уильямсберг в Бруклине.

Изабелла снова взяла в руки дамскую сумочку.

— Вы готовы? — спросил я. — Нам надо проверить другие зацепки.

— Ещё минутку, — ответила она, — я хочу кое-что проверить.

Мы удивлённо наблюдали, как она выворачивает сумочку наизнанку и находит маленький, почти скрытый за подкладкой кармашек, застёгивающийся на молнию.

— Внутри что-то есть, — сказала Изабелла, прощупывая контуры предмета через ткань. — Кажется, бумага.

Вывернув её ещё раз, Изабелла расстегнула кармашек и вытащила бумажный конверт, покрытый пятнами крови.

— Письмо, — произнесла Изабелла. — Запечатано, но марки ещё не приклеены.

Она открыла конверт и пробежалась глазами по содержанию письма.

Я ждал несколько секунд, но, в конце концов, не выдержал.

— От кого оно?

Изабелла протянула мне лист бумаги, не успев до конца прочитать письмо.

— Мы сделали ложное предположение — это вообще не сумочка Сары Уингейт! А если её, то значит, она планировала отослать письмо, написанное горничной миссис Уингейт, — она посмотрел на нас с распахнутыми от волнения глазами. — Это письмо написано Стеллой Гибсон шестого ноября. Его так и не отправили. И посмотрите на адресата. Если Стелла ещё жива, то благодаря этому у нас появилась прекрасная возможность определить её местоположение.

Стела Гибсон. Пропавшая горничная Уингейтов, которая исчезла через пару часов после убийства.

«Моя милая Кора, — начиналось письмо. — Я была так рада услышать от тебя последние новости, потому что я была крайне обеспокоена…»

Мои глаза просматривали письмо, не задерживаясь на мелких деталях, а обращая внимание лишь на основную тему письма.

Заботы Стеллы были несущественны. Было важно только одно: очевидно, они с Корой были очень близки.

Я позволил Алистеру ознакомиться с письмом и засунул его в карман пальто. Затем мы быстро вышли из комнаты с мусоросжигательной печью и направились к центральному входу.

— Кажется, мы должны нанести Коре Черни запоздалый визит, — я почувствовал укол вины после этих слов. Я надеялся поговорить с ней ещё в четверг, после того как Мами дала нам её адрес.

Но обследование квартиры Фромли тогда казалось более важной задачей, а то, что мы нашли в квартире, поставило перед нами более насущные проблемы.

Я был уверен, что скоро мы получим больше ответов. Наш экипаж съезжал с Пятой Авеню на Восток девяностых улиц, далеко к северу от роскошного Ист-Сайда, где построили свои шикарные особняки Вандербильты и Асторы.

Но всю дорогу я думал не о Коре Черни, а о Мами Дюран.

Я не мог избавиться от подозрения, что она сыграет значительную роль в раскрытии этого дела.

Только, скорей всего, отнюдь не добровольно.

Глава 23

— Миссис Ральф Ноланд? Мы ошиблись с адресом?

Мы стояли у дома 135 на 91-ой улице. Изабелла прочла надпись на табличке дома рядом с дверным латунным молоточком, и в её голосе сквозило недоумение.

Судя по письму Стеллы, здесь мы сможем найти Кору Черни.

Это был обычный кирпичный дом, украшенный лишь двумя статуями разъяренных горгулий по бокам от главного входа.