— А я его не знаю, — ответил я. — Никогда не слышал об этом человеке и понятия не имею, откуда он слышал обо мне. Даже не понимаю, как новости об убийстве добрались до него так скоро.

Это была чистая правда, хотя Джо мог подозревать, что ему вздумается. Остальные постоянно мне говорили, что он широкой души человек и скоро перестанет вести себя так. Но пока Джо считал меня более молодым и более умным человеком, вознамерившимся занять его место. Не могу сказать, что мне не нравился Джо, но меня раздражал его постоянный интерес к моим мотивам и привычкам.

Я бросил взгляд на часы; была уже почти половина первого ночи. Я извинился перед Питером и Джо и оставил их тихо разговаривать. А у меня осталось кое-какое дельце, которое я хотел завершить до наступления утра.

Я сложил телеграмму, засунул её в карман, забежал в офис, чтобы сделать короткий телефонный звонок, затем поймал экипаж и поехал прямо домой.

Но я не мог не думать о странном сообщении от Алистера Синклера. А боль в руке продолжала пульсировать, так и не дав заснуть, пока лучи восходящего солнца не осветили комнату.

Глава 4

Среда, 8 ноября 1905 года.

После бессонной ночи я рано встал и направился в офис, по пути купив кофе и утренний «Таймс». И прежде, чем приступить к собственной работе, быстро просмотрел газету.

«МАККЛЕЛЛАН ВЫБРАН МЭРОМ. ХЕРСТ НАМЕРЕН ОСПАРИВАТЬ РЕШЕНИЕ».

Под таким заголовком шло несколько историй о мошенничестве во вчерашних выборах. Люди общества Таммани жестоко запугивали потенциальных избирателей Херста и избивали их, чтобы те не голосовали за своего кандидата.

Он первым начал давать журналистам карт-бланш в выборе тем и ввёл тематические рубрики. С именем Уильяма Херста связано появление в обиходе таких понятий, как «жёлтая пресса», «связи с общественностью» (PR) и «медиамагнат».

Как сообщал корреспондент «Таймс», один из сторонников Херста лишился в подобной стычке пальца. Несколько урн для голосования очутились не в предвыборном штабе, а в Ист-Ривер. Всё это было отвратительно, но абсолютно ожидаемо. Все, кто знал главу Таммани — Молчуна Чарли Мерфи — понимали, что он сделает, что угодно, чтобы его кандидат одержал победу.

Но этим утром всё моё внимание следовало уделить другому занятию. Я изучил содержание отчёта Джимми Мида — детектива из Йонкерса, ответственного за поиски улик возле поместья и проведение опросов свидетелей прошлым вечером.

Но как я ни старался сконцентрироваться на содержании бесед с соседями Уингейтов, мои мысли всё равно возвращались к странной условленной встрече с Алистером Синклером.

«Почему он со мной связался? По всем правилам он сначала должен был обратиться к Джо, моему начальнику. И почему он считает, что знает что-то о том, кто убил Сару Уингейт? За последние несколько месяцев в городе не было похожих убийств.»

Прошлой ночью я специально позвонил Деклану Малвани, моему бывшему напарнику в Нью-Йорке. Он работал допоздна в офисе из-за неутихающих в городе беспорядков после вчерашних выборов, но, тем не менее, он выкроил несколько минут, чтобы проверить для меня записи дел.

Я снова сконцентрировался на опросах свидетелей, но выяснил, что они не несут абсолютно никакой важной информации. Семья Брейтуэйт по соседству весь день провела дома, но не слышала и не видела ничего необычного.

Престарелый мистер Дрейер, живущий на другой стороне улицы, всё время провёл на веранде в кресле-качалке. Он недавно видел рядом с домом Уингейтов странного мужчину, но это случилось более трёх месяцев назад. Я решил всё же разобраться со свидетельствами мистера Дрейера и Уингейтов, но учитывая, сколько времени прошло с того момента, не похоже, что эта деталь хоть как-то скажется на расследовании убийства.