Мами Дюран несколько секунд размышляла, но ответила, на мой взгляд, искренне.

— Ах да, Стелла Гибсон. Она была милейшей девочкой. Все здесь говорили о ней только хорошее, — произнесла она. — Но не могу сказать, что видела её здесь с того августа, как она от нас ушла.

— Она ушла без скандалов? — уточнил я.

— Конечно, — ответила Мами. — Она была милой и весёлой, хотя и слишком стеснительной, чтобы удовлетворить большинство джентльменов. Поэтому дела у неё шли и не так радужно, как могли бы идти. Думаю, она слишком напоминала им девчонок из их родной местности.

Дверь открылась, и женщина замолчала. В комнату вошла другая служанка и внесла чайник с тремя чашками.

— Я ещё не пила утром чай, — произнесла Мами Дюран, — поэтому приказала и вам приготовить по чашечке.

Пока служанка не покинула комнату, Мами не возобновляла разговор и расставляла чашки.

— Хорошо, что она ушла, как мне кажется. Когда она захотела нас покинуть, я подтолкнула её в правильном направлении. Я отправила её в одно из тех праведных христианских обществ, борющихся за реформы и управляемых старыми девами с избытком свободного времени. Я слышала, что её устроили к северу от города, возможно, у какой-то праведной старухи, которая радуется, что спасла девушку от грешной жизни.

Её голос был полон сарказма.

Зная Вирджинию Уингейт, я подавил ухмылку, когда услышал подобные слова. Конечно, миссис Уингейт была старой девой, но что-то мне подсказывало, что она не подходила под описание Мами «самодовольной праведницы».

— Стелла дружила здесь с кем-нибудь из девушек? — спросила Изабелла. Если ей и было не комфортно, она это никак не показывала.

— Ну, — Мами на секунду запнулась, — я бы сказала, что она неплохо ладила с Корой Черни. Похоже, они всегда были хорошими подругами.

— Кора сейчас здесь? Мы можем с ней поговорить? — взволнованно спросила Изабелла.

— Нет, — ответила Мами — Она уже съехала, как и большинство успешных девушек. Нашла себе парня ещё богаче, чем прежний, и переехала в новую квартирку в центре города. Я могу дать вам адрес, если хотите с ней пообщаться.

Естественно, мы согласились.

Если слухи не лгали, то история Мами была как две капли воды похожа на историю Коры. Я знал, что Мами была любовницей нескольких мужчин, один успешней другого, и их шикарные подарки и создали накопления, на которые она начала своё собственное дело.

Мами Дюран подошла к секретеру и открыла один из ящиков ключом, висящим на цепочке на шее. Очевидно, в этом доме ничто не остаётся без присмотра. Женщина проверила что-то по книге и сделала пометку на листке бумаги.

— А что насчёт семьи? Не знаете, у Стеллы есть родственники поблизости? — спросил я, когда она снова к нам присоединилась. Миссис Уингейт уверила нас, что у Стеллы не было семьи, но меня интересовало, не знает ли Мами чуточку больше, чем остальные.

Но мнение Мами было таким же.

— О, нет, никакой семьи, в этом я уверена. Отец привёз её сюда, в Нью-Йорк, но вскоре после переезда умер. Сердечная недостаточность, — пояснила она и тяжело вздохнула. — Я не сомневаюсь, что если бы у Стеллы была семья, готовая принять её, она бы туда немедленно вернулась. Но она пришла сюда в отчаянии, и я о ней позаботилась.

Я ощутил укол жалости по отношению к Стелле, потому что встречал многих девочек в своём родном районе, столкнувшихся с подобным сложным выбором. Когда перемены в жизненных обстоятельствах оставляют их один на один с проблемами, а у них нет должного опыта или умений, то выбор не большой.

Некоторые устраиваются на работу швеями или уборщицами, но долгий рабочий день не даст достаточно денег, чтобы оплатить даже скромное проживание и еду.