Мы подождали несколько секунд, а потом услышали звук набрасываемой на дверь цепочки, и я снова поразился дару Изабеллы выбирать верную манеру разговора.

Сначала дверь лишь слегка приоткрылась. В щели показался глаз, окинувший Изабеллу с головы до ног и решивший, что ей можно доверять.

Затем дверь открылась шире, чтобы мы могли пройти.

Внутри было темно, как и в комнате Майкла Фромли. И грязно — кровать была не застелена, бельё засалено, а в раковине высилась гора посуды. И всю комнату заполнял запах мочи из ночного горшка.

Я осмотрелся и заметил выцветшие розовые обои, отклеившиеся от стены. Эта квартира была самой неопрятной из всех, что я видел.

Впустив нас, Клара Мерфи отошла к единственному в комнате креслу — простой деревянной качалке — и осторожно опустилась в него. Мы с Изабеллой одновременно заметили её раны, но Изабелла среагировала первой.

— Мисс Мерфи, вы ужасно ранены! — воскликнула она. — Вам надо срочно посетить доктора.

Клара Мерфи явно опешила от этой идеи. И когда она поняла, что Изабелла настроена серьёзно, то резко отказала ей.

Но она не приняла в расчёт настойчивость Изабеллы.

— По крайней мере, позвольте нам пригласить медсестру прямо сюда.

— Спасибо, но я буду в порядке, — снова отказалась Клара, говоря невнятно из-за отёкших губ. — Мне просто надо отдохнуть, — слабо добавила она.

Я не сомневался, что это так, потому что выглядела она так, словно не спала несколько дней. Да и не ела столько же, если судить по разбитому лицу и синякам на нижней челюсти.

Когда мои глаза приспособились к сумраку в комнате, я разглядел и другие её травмы. Лицо Клары покрывали многочисленные порезы и синяки; левая рука безвольно свисала вдоль тела, и я предположил, что она сломана; клок волос с левой стороны был вырван; а по той осторожности, с которой она опускалась в кресло, я мог сказать, что под одеждой кроется ещё очень много повреждений.

Она служила живым свидетельством чрезвычайной жестокости, на которую был способен Майкл Фромли.

— Мисс Мерфи, — продолжила Изабелла, — мой друг работает в полиции. Вы позволите детективу Зилю позвонить в местное отделение полиции? Они помогут вам выдвинуть обвинения против того, кто это с вами сделал.

Сара хрипло рассмеялась.

— Мисс, — произнесла она, — я осознаю ваши благие намерения, но вам лучше прекратить. Не обращайте внимания на мои раны. И забудьте про полицию. Никто не послушает, что скажет такая, как я. Так о чём вы пришли со мной поговорить?

Хоть мне и стыдно было признавать, она была права. Ресурсы полиции были ограничены, и жалобам женщин, подобных Кларе Мерфи, уделялось мало внимания.

«Слишком долго околачивалась в плохой компании», — вот что сказали бы большинство офицеров. В основе их заявлений лежала уверенность, что истинная леди не может попасть в беду.

Но никто не заслуживает такого обращения, как Клара Мерфи, и я решил пригласить к ней медсестру и разносчика еды, как только мы закончим разговор. И не посмотрю на её возражения.

Если ничего не сделать, её рука всю оставшуюся жизнь будет причинять ей беспокойство. Ей нужна немедленная помощь. И квалифицированная. Мне ли не знать.

Почувствовав, что она хочет быстрее от нас избавиться, я задал вопрос.

— Мы не задержим вас надолго, мисс Мерфи, поэтому я перейду сразу к делу. Что вы можете рассказать нам о Майкле Фромли?

Клара побледнела, но ответ её был чётким.

— Ну, он — именно тот человек, что сотворил это со мной, — она обвела здоровой рукой и так очевидные ранения.