– Это было бы здорово, – нехотя произнесла она, – но я другого мнения. – Она вновь повела плечами. – Я много думала об этом. Брейс, он хочет, чтобы ты никак в этом не участвовал, и, если я позволю тебе подвезти меня туда и крутиться рядом, он может просто прекратить со мной Игру. И больше никаких конвертов, никаких денежных призов. А мне бы этого не хотелось. Я хочу доиграть до конца – во всяком случае, пока смогу.

– Какие у него могут быть возражения против того, что я тебя подвезу?

– Боюсь, что самые категорические.

Поморщившись, словно от боли, Брейс покачал головой.

– Все будет хорошо, – произнесла она. – Вот увидишь.

– Извини, – сказал он. – Это, наверное, не мое дело. Я имею в виду, что ты вольна поступать по своему усмотрению. Просто мне не хотелось бы, чтобы ты попала в беду или пострадала. У меня такое чувство, будто я обязан о тебе заботиться, но... безумие, да?

– Да, безумие.

– Мы ведь едва знакомы.

– Почти незнакомы.

– А ты и сама в состоянии отлично о себе позаботиться.

– Вполне, – прошептала Джейн, к этому времени повернувшись на диване к нему лицом и положив руки ему на талию. Она легонько прикоснулась губами к его губам и прошептала: – Подожди здесь, ладно? Я съезжу к мосту, а ты посидишь здесь, и, когда я вернусь, мы будем вместе. Хорошо?

– Если ты этого хочешь.

– Это займет какое-то время. Он может дать мне еще какое-нибудь задание. Понимаешь? Возможно, придется еще что-нибудь сделать.

– Все может быть.

– Но ты подождешь?

– Конечно.

Улыбнувшись, Джейн подошла к Брейсу и села ему на колени.

– Устрой себе небольшую вечеринку, чтобы как-то скрасить ожидание, – прошептала она.

– О, это будет что-то.

– Ешь, пей, смотри телевизор, читай.

– У меня в машине книга.

– Вука?

– Вука.

– Устанешь читать, вздремни. – Прислонившись к нему, Джейн обняла его за шею. – Только один запрет.

– Какой?

– Держись подальше от моста.

Она почувствовала, как он слегка напрягся.

– Обещай. Ты должен мне пообещать.

Брейс ответил не сразу.

– Ладно.

– Это означает не ехать за мной и не вести наблюдение ни в какой форме и ни под каким видом. Ты не принимаешь совершенно никакого участия в сегодняшней операции.

Брейс молчал, и Джейн чувствовала своим телом, как вздымается и опускается его грудь.

– Обещай.

Он тяжело вздохнул.

– А что, если он выкинет какой-нибудь фокус?

– Не выкинет.

– Тогда зачем тебе нож?

Джейн не удивило, что Брейс догадался о нем. Джейн и сама его чувствовала там, на дне кармана рубашки, сбоку, как раз под грудью. Его рукоятка, должно быть, больно уперлась ему в ребра.

– Это так, на всякий случай, – возразила она. – Я бы ни за что не пошла, если бы думала... ну, понимаешь, если бы мне угрожала настоящая опасность.

– Эта штука не откроется сама по себе?

– Теперь нет. Я натянула сверху хорошую крепкую резинку.

– А ты сможешь его открыть в случае необходимости?

– Разумеется. Но он мне не понадобится. А ты уклонился от ответа.