Антураж ей не понравился.

Но, по крайней мере, похоже, вокруг хоть никого.

Я ведь не собираюсь туда входить, не так ли?

"Черта с два. За восемьсот баксов я готова голой перелететь на лиане через яму с гремучими змеями.

Нет, не готова, – подумала она. – Но сделаю".

Свернув на перекрестке налево, она поехала по главной аллее к центральному входу. Там были широкие двустворчатые кованые чугунные ворота под причудливой железной аркой в форме надписи "Мемориальный парк «Райские Кущи».

Однажды, проезжая мимо, Джейн видела, как в ворота проследовала похоронная процессия.

Однако сегодня ворота были закрыты.

Закрыты и, вероятно, заперты.

Что, если мне не удастся проникнуть внутрь?

«Не надейся, – подумала она. – МИР не прислал бы сюда, если бы не существовало какого-нибудь способа».

Не желая оставлять машину у ворот, Джейн проехала мимо. Когда на глаза попалась группа густых деревьев справа, она осторожно съехала с дороги и подрулила к ним.

Сумочка, пожалуй, будет только мешать, поэтому она решила оставить ее в машине. Но в ней лежал ножик. Заглушив двигатель, Джейн вынула нож и сунула в карман джинсов вместе с ключами. Выйдя из машины, она попыталась запихнуть в другой карман фонарь, но тот не помещался. Эти джинсы были не такими просторными, как те, в которых она ходила к мосту, и карманы в них были мельче. Поэтому она оставила его в руке и пошла быстрым шагом через дорогу к главным воротам.

Полагая, что МИР мог предусмотрительно оставить ворота незапертыми, она подергала за створки. Те слегка загромыхали. Чувствовалось, что они тяжелые и очень прочно закрыты. Похоже, заперты, но не с помощью цепи с навесным замком подобно калитке ограды вокруг Безумного Коня. Беглый осмотр показал, что, вероятнее всего, их можно было отпереть либо ключом, либо они и вовсе были автоматическими и отмыкались пультом дистанционного управления.

– Значит, через ворота не судьба, – пожалела она.

Может, мне и вовсе не нужно туда заходить.

За несколько минут она тщательно осмотрела весь участок вокруг входа, но конверта не обнаружила.

«Что и следовало ожидать, – подумала она. – Это было бы слишком просто».

Хочет, чтобы я перелезла через ограду.

Ворота, увенчанные решеткой из букв, представляли собой непреодолимую преграду, поэтому придется перелезать через ограду, что сделать крайне нелегко, к тому же и небезопасно. Каждый вертикальный прут был похож на направленное в небо копье.

Если подойти вплотную к ограде, можно дотянуться до верхней поперечины, но острые концы торчали гораздо выше, и, если удастся взобраться на перекладину и там не дай Бог оступиться, восьмидюймовые железные прутья проткнут насквозь, и, возможно, сразу в нескольких местах.

Один из них мог бы войти мне прямо в задницу. А то и хуже.

А что могло быть хуже? – изумилась она своей мысли.

От подобных раздумий стали подкашиваться ноги.

«Не буду испытывать судьбу, чтобы проверить свои догадки, – решила она. – И уж не за восемьсот баксов».

И она побрела через заросли вдоль забора, высматривая менее опасный способ проникновения.

За оградой серела довольно просторная автостоянка. Она не освещалась, и на ней не стояло ни одной машины, даже катафалка. Что, по идее, означало, что кладбище было безлюдно: ни посетителей, ни агентов похоронного бюро, ни могильщиков, ни охраны. Никого.

Замечательно, если мне только удастся забраться туда.

Вскоре нашлось и решение проблемы.

Это было дерево с низко растущими ветвями, одна из которых – крупная и толстая – росла над забором.

Присев под деревом, Джейн просунула руку между прутьями и положила на траву фонарь. Затем влезла на дерево, которое, благодаря почти горизонтально растущим ветвям, шершавой коре и наличию множества удобных мест, куда можно было поставить ногу или положить руку, оказалось для нее менее суровым испытанием, чем Безумный Конь.