Дверь бесшумно отворилась. В комнате за роялем сидел Линк. Вивьен пошарила глазами в поисках певца, но рядом с ним стоял только мистер Спенсер. Может ли быть, что у продюсера такой голос? В этот момент Линк взял аккорд, и Вивьен поняла, что пел не кто иной, как сам Черный Комар.

— Ой! — непроизвольно вырвалось у Вивьен, и она тотчас же прикрыла рот ладонью. Но ее не услышали.

— Да, Комар, ты действительно талантище! — сказал Спенсер, когда Линк закончил куплеты Тореадора Жоржа Бизе.

Вивьен одобрительно кивнула, выражая согласие, но некоторая снисходительность в голосе Спенсера ее удивила.

— Уверен, что не пропадешь и на оперной сцене, Комар, — продолжал тем временем Спенсер.

— Дик, ты обещал!

— А разве я хоть раз нарушил свое слово?

— Но контракт с «Метрополитен-опера» не получился!

— Сам виноват! Не посоветовался со мной, вот и нарвался! Ну ничего, не тужи. На ошибках, как говорят, учатся.

— Но я все тогда сделал правильно!

— Значит, всплыла старая история! Кто захочет связываться с наркоманом?

— Дик, ты же знаешь, я никогда их не употреблял!

— Да будет тебе, Комар, передо мной выдрючиваться…

Линк вскочил с табурета.

— Как ты смеешь?!

— А сигаретка с марихуаной, выпавшая из кармана? Твоего кармана, заметь!

— Я и сейчас не знаю, как она там оказалась!

Спенсер тяжело вздохнул.

— Ах, Комар, Комар, что же мне с тобой делать? Память терять начинаешь!

— Теперь все будет по-другому! Я уйду из тяжелого рока, чего бы мне это ни стоило. И ты мне в этом не помешаешь, Дик!

— Успокойся, дружище! Я на твоей стороне. Не меня тебе надо бояться, а себя…

— Я знаю, что не прикасаюсь к наркотикам! — Линк сжал руки в кулаки.

— Ну и хорошо! — миролюбивым тоном заметил Спенсер. — Я только спросил: ты хорошо подумал?

— Да! — с жаром откликнулся Линк. — И не стой у меня на пути!

— Комар, дружище, ты ко мне несправедлив! Кто вытащил тебя, забыл?

— Ты заработал на мне кучу денег, Дик!

— Ты тоже внакладе не остался. Если бы не я, ты, может, до сих пор был бы заштатным певцом…

Глаза Линка сузились, и он стал наступать на Спенсера.

— Ладно, ладно, забудь… Я все делал для тебя. Сейчас вот невесту приволок! Имидж твой подправляю…

— Смотри, Дик, я больше не позволю стоять у меня на пути!

Спенсер направился к двери. Вивьен быстро шмыгнула в сторону и притаилась за огромной статуей, которых на вилле было огромное множество.

Вивьен лежала с открытыми глазами в своей комнате и предавалась размышлениям. Странный тип, этот Линк! Подслушанный разговор позволил Вивьен взглянуть на Линка другими глазами. Она и раньше подозревала, что Линк скрывает какую-то тайну. Огромный, всегда с черной банданой на голове, надетой так плотно, что ни один волосок не выбивался из-под нее, он будоражил воображение Вивьен. Она удивлялась, как Линк умудрялся повязывать бандану так, словно он замужняя египетская женщина, скрывающая, согласно религии, волосы под платком, и нечаянно вырвавшийся наружу хотя бы один волосок навеки покроет несчастную позором.

А его речь? «Кексы», «детки» «буркалы», «зенки», «шары» и даже «глазенапы» причудливо сочетаются у него с иногда прорывающимся оксфордским произношением. Как такое может уживаться вместе, Вивьен не понимала.

Иногда она не выдерживала и поправляла речь Черного Комара. Тот послушно ей подчинялся, но тут же делал какую-нибудь ошибку, в основном перевирая слова, как будто он и впрямь был уличный отщепенец, этакая Элиза Дулитл в мужском обличье.