Глава 23

Неделей позже Ранульф задумчиво морщил лоб, рассматривая большой зал Кларедона со своего места за почетным столом. На этот раз его встречали почти также изысканно, как в прошлый раз королеву Алиенору, но сейчас нельзя было объяснить все эти тщательные приготовления и оправдать предстоящий пир приездом королевы.

Похоже, здесь приложили просто огромные усилия. Стены заново побелены, сладко пахнет тростник, серебро и олово отполировано до блеска. Всюду царят чистота и порядок.

Ранульф во всем видел руку Арканы.

– Она слишком много себе позволяет, – пробормотал Ранульф негромко, но так, чтобы услышал Пейн.

– Лично я считаю, что это заметно улучшило нашу холостяцкую жизнь, – ухмыльнувшись, ответил рыцарь. – Честно, я уж и забыл, что такое хорошо налаженное хозяйство.

Ранульф проворчал:

– Женщина воспользовалась моим отсутствием и твоим мягкосердечием. Ты не сумел ее обуздать, и посмотри, какие затраты. Ты прекрасно знаешь, что я бы лучше потратил деньги на доспехи, чем на тунику, которую она мне подарила.

Этим утром Ариана встретила его во дворе и преподнесла в подарок красивую верхнюю тунику, сшитую собственными руками, – шафранового шелка, с рукавами и воротником, расшитыми черными и золотыми нитями в тон его глазам и волосам. Ранульфа охватили радость и удовольствие, но он быстро взял себя в руки и нахмурился.

Вообще-то туника ему очень понравилась – зато не понравился повод для подарка. Очевидно, Ариана твердо вознамерилась сокрушить все преграды и заставить Ранульфа жениться на себе. Было принято, чтобы жена встречала своего лорда с подарком, когда он возвращался домой из путешествия, и Ариана повела себя так, словно она и вправду его леди, а Ранульф поклялся, что она никогда не займет это место.

Однако вопреки здравому смыслу он надел эту тунику с широким поясом, усыпанным янтарем. Он не знал, как отказаться, чтобы это не выглядело грубо. Кажется, даже его оруженосец вступил в заговор против него, так он старался, чтобы Ранульф надел подарок. Берк уже достаточно оправился от раны в плече, чтобы снова помогать своему лорду одеваться, и теперь глупый мальчишка, не закрывая рта, возносил хвалы Ариане-целительнице и постоянно поддерживал ее.

– Ткань у нее уже была, – заявил Пейн в защиту Арианы, – куплена три зимы назад для твоего свадебного подарка.

Не смягчившись, Ранульф замер, услышав упоминание о разорванной помолвке.

Сильнее, чем интриги Арианы, Ранульфа беспокоил тайный сговор, в котором все они, похоже, участвовали. Берк, Пейн, королева Алиенора, даже сам король – ну все до единого стремились женить его на Ариане.

Ранульф, как ему и приказали, доставил Алиенору в лагерь Генриха без единого происшествия и провел там два дня, обсуждая дальнейшие планы своего монарха. Король Генрих, человек, известный своим необузданным нравом, был в бешенстве оттого, что осада замка Мортимера так затянулась, но появление Алиеноры слегка успокоило королевский гнев. По ее настоянию – и для того, чтобы порадовать королеву, – Генрих предложил Ранульфу возобновить помолвку. А идти против желания короля могло стать политическим и, возможно, финансовым самоубийством.

Однако сильнее всего Ранульфа раздражало то, что он испытывал невероятное облегчение, узнав о решении Арианы остаться в Кларедоне.

– Ты хочешь сказать, – беспечно произнес Пейн, – что тебе не нравится уют, который для тебя, как лорда, устроила Ариана?

Ранульф еще сильнее нахмурился.