Ранульф не только делал успехи в управлении хозяйством, но преуспевал и за стенами замка. Он сильно укрепил оборону владений, значительно усилив свою военную мощь. Его патрульные отряды постоянно объезжали окрестности в поисках мятежников, кроме того, Ранульф захватил еще два крупных особняка на расстоянии дня езды от замка. К концу второй недели пребывания в Кларедоне в гарнизоне установился точный распорядок дня, местность патрулировалась, проводились ежедневные упражнения с оружием в особом дворике нижнего двора.

Видеть, как бывалые рыцари сражаются друг с другом во время тренировок, было для Арианы привычным, да только рыцари были не те. Лордом здесь должен быть ее отец, Уолтер. Вид Ранульфа, с такой легкостью вжившегося в новую роль, удручал Ариану, и всякий раз, когда она вспоминала о неясной судьбе своего отца, к горлу подкатывала боль. Ариана могла только молиться и надеяться, что его вассал Саймон уже добрался до отца и что каким-нибудь чудом Уолтер очистится от обвинения в измене.

Она также молилась за обитателей восточного леса. Находясь под такой охраной, Ариана пока не сумела ускользнуть из замка и навестить их, а времени оставалось все меньше.

Ее судьба тоже казалась неопределенной, хотя, после встречи с Ранульфом, увидевшим, к чему привело его наказание, положение Арианы немного улучшилось. Он облегчил ее работу, теперь она выполняла меньше заданий, и руки ее постепенно заживали. Но он так и не простил ей обвинения в изнасиловании. Назревала буря, Ариана чувствовала это и предполагала, что она совсем скоро разразится у нее над головой.

Однако следующая неприятность пришла совсем с другой стороны, от одного из вассалов Ранульфа, чего Ариана никак не могла предвидеть.

Она как раз поднялась по лестнице из кухни с деревянным подносом, полным медовых пирожных для последней перемены блюд за ужином, и тут путь ей преградил высокий темноволосый рыцарь, в котором Ариана узнала Бертрана Райдфорта, кузена Айво, одного из тех рыцарей, что постоянно сидели за высоким столом лорда. Ариана вопросительно взглянула на него, и он дружелюбно оскалился.

– А-атлична… прекраснн… леди… – Он говорил невнятно и пошатывался, явно выпив больше, чем следовало.

Ариана опустила глаза, чтобы не выдать своего презрения.

– Пожалуйста, милорд… позвольте мне пройти.

– А-а есл… н-не пожжволю, маленькая ведь… ведьма?

– Если я задержусь, лорд Ранульф будет недоволен.

Бертран сверкнул очаровательной и довольно приятной улыбкой: улыбаясь, он выглядел намного привлекательнее, несмотря на то, что был пьян.

– Д-думаю… лорд Ранульф не рассердитсс… если ты задержишься со мной.

К испугу Арианы, он протянул руку и сильно дернул за шнурок, стягивавший горловину шерстяного лифа. Ариана тревожно ахнула и попыталась отшатнуться, но Бертран схватил ее за запястье, отчего она едва не уронила поднос. Его пальцы больно впивались в ее плоть, словно рыцарь не сознавал своей силы.

Она отчаянно рванула руку и сумела высвободить запястье. Вцепившись в поднос, Ариана проскользнула мимо него, собираясь бежать, и с размаху уткнулась в широкую крепкую грудь. Поднос выскочил у нее из рук, и пирожные полетели на устланный тростником пол.

Ариана узнала эту грудь и это крепкое мощное тело. В ужасе посмотрела она в жесткие янтарно-золотистые глаза.

– М-милорд… – начала заикаться Ариана. – Прошу прощения…

Ранульф перевел взгляд с ее раскрасневшегося лица на вассала.

– Мне показалось, что ты заблудился, Бертран. Насколько я помню, ты искал уборную, чтобы облегчиться.

Тот помотал темной головой:

– Я лучше облегчусь с этой женщиной, Ранульф.