После этого он и глаз не мог сомкнуть, хотя утренняя стража еще не сменяла полуночную. Сигурд оставил Рольфа, свернувшегося клубком в неудобной позе у очага, и пошел бродить по лабиринту подземной крепости Бьярнхарда, надеясь отыскать хоть какого-нибудь доккальва, который скажет ему, чем увенчалась погоня Йотулла. Лампа в его руках горела тускло, соломенный фитиль почти кончился, и встречались ему только шнырявшие по углам крысы да Бьярнхардовы гончие, которые потягивались и виляли хвостами, следуя за юношей по стылым коридорам. Раз или два Сигурду встретились слуги, тащившие вязанки дров, но они удрали с его дороги так же проворно, как и крысы, узнав в нем владельца проклятого меча. В самых глубоких и сырых погребах Сигурд отыскал лазарет, но там никто не был в состоянии с ним беседовать. Вчерашний налет льесальвов сильно пошатнул ряды Бьярнхарда, и это, без сомнения, добавило бешенства хромому ярлу.

Изрядно продрогнув, Сигурд вернулся в большой зал, где тощий старый раб разводил в очаге жаркий огонь, готовясь к утреннему выходу Бьярнхарда.

Старик подскочил, увидав Сигурда, и опасливо сообщил, что завтрак еще не готов, прибавив с тенью укора, что час, мол, ранний и никто еще не проснулся.

— Ничего, я подожду, — отвечал Сигурд. — Ступай займись своими делами.

Я послежу за огнем и подброшу дров, если понадобится.

— Это славно. Может, тогда, господин, тебя не затруднит впустить утреннюю смену? — с надеждой осведомился раб, потирая над огнем узловатые пальцы. — Они постучат.

Сигурд кивнул, и оборванец исчез в темном коридоре, оставив Сигурду возможность первым выяснить, в каком настроении будет Бьярнхард после того, как он всю ночь пил и воплями призывал к себе Йотулла и Слинга.

Ждать пришлось недолго — скоро утренняя стража подошла к дверям, топоча по снегу, и почтительно постучала. Сигурд открыл, и доккальвы, что-то проворчав в благодарность, гуськом вошли в зал. Последний вел с собой незнакомца в засыпанном снегом плаще.

— Говорит, что гонец, — сообщил доккальв Сигурду. — Вроде бы знает что-то про Йотулла, если не врет, конечно, — добавил он и ушел, мимоходом ткнув пришельца в бок луком и вожделенно глянув на огонь.

Посланец уселся у очага и стряхнул снег с плаща, чтобы подсушить его в гостеприимном теплом зале. Сигурд сел в кресло и подпер кулаками подбородок, тотчас забыв о гонце. Появились слуги и стали накрывать на стол. Едва они ушли, гонец отбросил капюшон и повернулся к Сигурду, который лениво разглядывал рукоять меча, пытаясь разобрать смысл в причудливой вязи рун. Наконец он поднял взгляд на гонца — и в тот же миг узнал хмурое и строгое лицо Миклы.

Глава 11

— Что тебе здесь нужно? — осведомился Сигурд, берясь за рукоять меча. — Хочешь погибнуть?

— Не больше, чем хотел этого Хальвдан, — резко ответил Микла. — Я пришел, чтобы вернуть в Хравнборг тебя и Рольфа. Прочие отправились вперед, чтобы доставить Хальвдана в ближайший Дом Исцеления.

— Так он жив? — вскрикнул Сигурд.

Микла пожал плечами:

— Быть может, частица жизни еще теплится в нем, но я мало надеюсь на благополучный исход. Где Рольф?

Сигурд кивнул в сторону коридора:

— Спит. Может, тебе лучше унести ноги, пока никто тебя не заметил? Если ты столкнешься с Йотуллом, он из тебя настругает лапши.

— Неважно. Ну же, Сигурд, неужели ты не хочешь отсюда выбраться? — Микла беспокойно оглянулся в сторону коридора.

— Я здесь не пленник, — отрезал Сигурд, правда не очень уверенно, потому что вспомнил морока. — И если уж я уйду отсюда, то не в Хравнборг, где мстительные альвы только и ждут, как бы взять с меня кровавую виру за Хальвдана! Я отправлюсь в Свартафелл, найду мастера, который сделал шкатулку, и попрошу открыть ее.