|
В глубине души она все понимает. — Я не беспокоюсь, Луис. В Дженет я уверен. Как ты смотришь на то, чтобы все же полюбоваться китами? Настоятельница резко повернулась на звук смеха, и движение отозвалось вспышкой боли в суставах. Конвей тут же оказался рядом с ней. — Для этих рук вам необходимо что-то теплое, — произнес он и поспешил в сторону, вернувшись через пару секунд с дымящейся горячей тряпкой. — Я приказал команде нагреть еще. Мэтт обернул ее руку тканью, и тут же ароматный пар высосал боль. Прикрыв глаза, настоятельница протянула вторую руку, откидываясь на спинку кресла. Она чувствовала, как корабль меняет направление, поворачивая к югу. На мгновение она прищурилась, вглядываясь в жемчужное сияние облаков на фоне голубого неба. Прямое копье еловой мачты чертило замысловатые узоры. Настоятельница снова сомкнула веки, поглощенная ощущением свободы, будто могла заставить свое неуклюжее больное тело парить невесомым облаком, оставляя позади заботы и страдания. Она почти засмеялась. Впервые в жизни настоятельница Ирисов позволила себе совершить нечто опасное — нечто, больше подобающее мужчине. А теперь ее еще запеленали, словно младенца, и она радовалась этому, будто какая-то сумасшедшая. Это было или самое глупое начало восстания, какое когда-либо происходило, или самое лучшее. Настоятельница надеялась, что скорее второе. Глава 61 Зима яростно налетела на враждующие королевства Харбундай и Олу, оживив в памяти людей легенды о Начале мира с долгими годами без лета. Снег шел необычайно часто, засыпав дороги и перекрыв перевалы через Горы Дьявола. Казалось, само небо решило указать враждующим правителям на тщету их жалких войн. Однако те обращали мало внимания на подобные знамения, и, хотя ни одно королевство не могло предпринять активные действия, оба копили силы к лету. Совсем по-другому обстояло дело с простыми людьми. Впервые проявилось полное отсутствие целительниц, необычайные морозы собирали свою мрачную дань среди неподготовленных и беспечных. Сайла никогда еще столько не работала: холод вызывал не только болезни, но и травмы. Были и другие трудности. Рыбакам пришлось стать осторожными, и уловы упали. Зимние овощи, привыкшие расти в мягком морском климате, теперь сгнили или померзли. Многие фруктовые деревья лишились ветвей. Запасы, оставшиеся после обильного урожая, таяли намного быстрее, чем сугробы. Бесконечная череда серых дней и штормов проникла даже в повседневную речь. Матери говорили своим непослушным детям: «Веди себя хорошо, а то злые гиганты оставят зиму навсегда, как сказано в легендах! Ты же этого не хочешь, правда?!» Конечно, детям этого не хотелось, но они замечали, что снег продолжает идти, несмотря на их поступки, и поэтому продолжали вести себя не лучше прежнего. Такое сходство в поведении правителей и маленьких детей не укрылось от глаз Сайлы, когда она наблюдала, как ее муж и Гэн муштруют Волков. Перед самым первым снегом они, воспользовавшись случаем, напали на лагерь Дьяволов, расположенный в предгорьях. Вскоре после этого рейда шпионы доложили, что нападения воинов Людей Гор на Людей Собаки продолжаются. Тут сразу же стала ясна двойная выгода от разрушения лагеря. Воины, уничтоженные Волками, больше ни на кого не нападут, в том числе и на подданных барона. Самые храбрые из лесорубов отправились в те места сразу после рейда Волков, стремясь заготовить дерево до наступления холодов. За это время Джалайл преподал Гэну несколько уроков тонкой дипломатии. Как только позволяла погода, они отправлялись с визитами в соседние баронства на севере и западе. Иногда эти визиты были официальными. Чаще Гэн отправлялся один, беря с собой только Класа, Эмсо и иногда Тейт. Они путешествовали в легких кольчугах, скрытых под грубой одеждой простолюдинов. Осторожно разведывали все, проходя через леса с лошадьми в поводу. Молчаливыми привидениями проносились по холмам, невидимые, но все замечающие. |
