Немного подумав, он с размаху хлопнул дверью. В тиши дачного уединенья этот звук произвел эффект разорвавшейся бомбы. Из-за домика выскочил невысокий, круглый как колобок старичок в очках и шляпе. Потрясая испачканной грязью лопатой, он закричал во всю глотку:

- Ну-ка, отойди от машины, стервец!

Суслик, опершись спиной об машину, с презрительной миной смотрел на приближающегося кричащего старика. Круглое лицо хозяина машины побагровело, двойной подбородок смешно трясся в такт его бегу. При всем этом старика явно мучала одышка. Дед был уже совсем близко, когда на крыльцо домика вышла пожилая толстая женщина в белом теплом платке.

Подпустив деда метра на четыре, Суслик вытащил пистолет, демонстративно передернул затвор. Старик встал как вкопанный. Взгляд его был прикован к оружию. То, что пистолет настоящий, он понял сразу. Во время его службы в армии "ТТ" как раз был на вооружении.

- Тихо, дед, - сказал Суслик. - Брось свою тяпку.

Старик разжал ладони, и его орудие труда и обороны вывалилось из рук.

- Это твоя жена? - спросил Суслик, кивая на женщину, по-прежнему стоящую за его спиной на крыльце.

- Да, - сознался толстяк. На лбу его, несмотря на прохладную погоду, выступили капли пота.

- Кто еще тут рядом есть?

- Нет, мы двое.

- Позови ее сюда, - потребовал Суслик.

Дед, похоже, никак не мог привыкнуть к несовместимости детского облика грабителя и оружия в его руках. Лишь окровавленные ладони незванного гостя убеждали его в том, что этому пацану стоит подчиниться.

- Ну, быстрей! - прикрикнул Суслик.

Старик обернулся назад и махнул рукой жене. Так как она никак не отреагировала на жест мужа, он раздраженно крикнул ей:

- Маша, иди сюда быстрей!

Маша поспешала медленно, переваливаясь с боку на бок как утка.

- Что такое, Вань? - спросила она, подойдя поближе. Старик своим телом загораживал пистолет грабителя.

- Садитесь в машину, отвезете меня в Волжск, - велел Суслик.

Старик сразу обернулся к жене и приказал ей:

- Садись быстро.

- Чего это? - удивилась та, но увидев, наконец, оружие в руках парнишки, замолкла, только побелела лицом и покорно пошла на свое место рядом с водителем.

Суслик устроился сзади и, сунув дуло пистолета в ухо старика, сказал:

- Дед, только не дури. Я сегодня уже столько ментов ухлопал, что тебя мне просто как два пальца об осину.

Толстяк послушно завел машину, и через пару минут "жигули" выехали на шоссе, ведущее в город.

- Сами из Волжска? - спросил Суслик.

Толстяк отрицательно мотнул головой. По тяжелому дыханию можно было подумать, что он бежит, а не едет в машине.

"Из областного центра", - понял Суслик. Теперь его занимала проблема, что делать с этим старичьем. Он не задумываясь пристрелил бы обоих, Суслик уже перешел ту грань, удерживающую человека от каких-то моральных норм, но в стволе у него был только один патрон. Пачкаться же какими-то другими способами убийства ему не хотелось.

Его размышления прервала попавшаяся навстречу милицейская машина. Завидя ее, Суслик спрятался за сиденье и вынырнул из-за него, когда та проехала.

Размышлял он и о том, куда направить машину. Соваться к самой "конторе" не стоило, вдруг заложат. Но и идти далеко не было большой охоты.

- Сворачивай сюда, - велел Суслик, показывая стволом на район волжских дач.

Толстяк послушал его. Машина долго ехала по узким улочкам, и наконец он решился.

- Тормози, приехали.

Дед остановил "жигули", и по напряженному загривку Суслик понял, что тот не надеется ни на что хорошее.

"Перетрухал колобок", - усмехнулся про себя пацан и добродушно сказал:

- Ну ладно, спасибо, что подвезли.