– Не я, а мы. Эта сила была нашей совместной. К тому же Глорие необходимо было успокоение, и все еще необходимо. Как ни странно, я тоже чувствую за нее ответственность. Надеюсь, ты не ревнуешь.

– Что ты! – хохотнула главная волчица. – К кому угодно, но только не к тебе. Я уже объясняла свою позицию по этому вопросу, и ее тоже.

Ее изящные руки обняли мои плечи, и она потерлась щекой о спину, как раз между лопаток. И тихий, такой проникновенный голос:

– Ты – член нашей семьи, Лео. Ты – моя кайо в стае, да и не в стае ты значишь для нас очень много. Да, и я, и Глория хотели бы, чтобы мы были семьей в полном смысле этого слова. Но жизнь распорядилась иначе. И это не главное. Главное – мы образуем крепкий союз. Ты замечательный человек и прекрасный друг.

– Ты меня захвалишь, – только и сумела проговорить я. И мой голос прозвучал как-то хрипловато.

– Это невозможно, – ответила Иветта, выпуская меня из кольца рук.

– Нет, ну вдруг?

– Ты неисправима! Идем завтракать.

– А ты в душ не пойдешь?

– Я уже воспользовалась другим.

– И еще говорит, что я метеор!

– Ладно-ладно. Идем уж.

Завтрак проходил легко и непринужденно. Болтали о всякой ерунде, и не только. Обсуждали дела клубов. Как говориться, кто о чем, а вшивый о бане. Мы уже мыли посуду, когда раздалась требовательная трель телефонного звонка.

Иветта взяла трубку, и уже через пару секунд ее лицо стало не просто серьезным, а чрезвычайно озабоченным. Я уже поняла, что речь идет о делах стаи, возможно, о тех самых пропавших. Главная волчица ушла с телефоном в другую комнату, мы остались на кухне.

Через некоторое время я ясно услышала в своей голове:

– Лео, ты мне нужна.

Одним взглядом попросив Глорию остаться, я пошла к Иветте. Она сидела на диване в гостиной, телефон все еще в руках, а лицо такое, что может напугать любого. Каменная беспристрастность, а в глазах такой холод, что оторопь берет.

– Что случилось? – тихо спросила я, присаживаясь рядом.

– Их нашли, – такой чужой, глухой голос.

– Пропавших? Обоих?

– Да.

– Я так понимаю, речь шла не о том, что они живы.

– Оба убиты, практически в одно время.

– Кто их нашел? Как убиты?

– Филипп. У него, и у Реми есть… опыт в подобных делах. Тела были найдены за чертой города. И их очень старались скрыть. Они обезображены почти до неузнаваемости. И, что самое худшее – это дело рук человека. Найдены следы от пуль. Серебреных.

– Люди?

– Хуже того. По всему видно – охотники. А это значит, их несколько, не меньше пяти. Все отлично вооружены и знают, с кем предстоит иметь дело.

– Но откуда они прознали о нас?

– О, это давняя история, которая тянется еще со времен инквизиции. Во времена этих страшных гонений в лапы инквизиторов попадали и оборотни. Тогда-то и начали создавать отряды эдаких "божьих воинов", единственной целью которых было уничтожение оборотней или вампиров. По профилю, так сказать. Они не считают нас людьми, и у них не дрогнет рука ни при убийстве старика, ни ребенка, если они подозреваются в оборотничестве.

Честно говоря, охотники очень давно не появлялись в нашем городе. Но, видимо, безмятежной жизни пришел конец.

– Как с ними боролись раньше?

– Давали отпор по мере сил. Если удавалось отыскать – то полное уничтожение группы. Это лучше всего.

– И как на это реагировали власти?

– Становясь членами таких групп, они, как правило, теряют личность. Они так же вне закона, как и мы. Зачастую среди них бывшие военные, работники спецслужб или наемные убийцы.