|
Саму матрицу сенсора ему изготовили в лабораториях Глушкова, как и обрабатывающий процессор, облучающий лазер и прочий обвес, и даже смонтировали в блок. В своей лаборатории в институте Физики Твёрдого тела, где он продолжал ковырять антиграв, сделал вывод на телевизионный экран с относительно плоским кинескопом, получив достаточно законченный комплект. Теперь оставалось научить комплекс выделять на фоне цель, и всё остальное. Комплекс должен был сам переключаться в режим инфракрасного видения, подключая матрицу усилителя оптического потока. С надёжностью у всего комплекса были проблемы, но это и не требовалось. Лабораторный стенд — демонстратор — это не готовое изделие. А после, пришлось всё это описывать словами, делая всякие графики, и вставляя листинги программ, и всего что требовалось. Текст ему перепечатала Елена, а все картинки нарисовала одна из девчонок из его Управления, которая имела художественное образование.
Что-то похожее делали инженеры ПО Сухой, для Су-27 пока ещё носившим заводской индекс Т-10, но их ОЛС была по сути лазерным дальномером, и не распознавала цели. Как только руководитель диплома ознакомился с предварительными набросками Виктора, он сразу отнёс черновик в первый отдел, где поставил гриф «Секретно», и поэтому на защиту диплома, собрались только те, кто имел соответствующий допуск. В преддипломном и предэкзаменационном галопе, проскочили новогодние праздники, зима в целом, и даже сдача в эксплуатацию первой сети распределённых вычислений, объединявшей крупнейшие университетские и исследовательские центры. Достаточно было лишь намекнуть программистам, как в течение месяца, появился первый почтовый клиент, сетевая библиотека, и что-то вроде браузера — портала, где появлялись новости, и вообще шло обсуждение разных тем. Но Виктору было не до любования только что вылупившимся интернетом. Он хотел не просто защититься, но сделать это с блеском, для чего напрягся по-настоящему, и к защите у него всё было готово в идеальном виде. Даже тезисы диплома, размножены на ризографе, сшиты в маленькие брошюрки, и розданы членам комиссии и части присутствующих. Неожиданно для Виктора рецензию на диплом написал главный маршал авиации СССР, Павел Степанович Кутахов, и руководитель космической программы маршал Николай Петрович Каманин, и это тоже было отмечено всеми присутствующими. В зале собрались ведущие профессоры и преподаватели МАИ, представители Минобороны, и несколько незнакомых Виктору мужчин. Всем же было ужасно интересно что это за тема такая, что первый отдел сразу засекретил, да и личность дипломника тоже была постоянно поводом для сплетен. Начал Виктор со вступления, где рассказал о самом трудном этапе воздушного боя — скрытном сближении, без включения боевого радара, и вообще о важности темы автоматического обнаружения целей, и темы машинного зрения в целом. Затем рассказал об аппаратной реализации конкретного решения, показал свои расчёты, графики, на большом экране куда проецировал слайды, с помощью эпидиаскопа. Далее были вопросы, и когда один из преподавателей довольно кивнул и произнёс: — Что-ж. Отличная теоретическая работа, с перспективой быть воплощённой в реальное изделие. — Николаев понял, что в суете подготовки к защите, не снял ткань со стенда — демонстратора. — Прошу прощения товарищи. — Виктор покачал головой. — Замотался совсем. — И подойдя к стенду, который под тканью был похоже на холодильник, снял чехол, и поскольку тот был на колёсиках, развернул линзой к экрану проектора, и щёлкнул выключателем. — Если сейчас система увидит что-то знакомое, то она отреагирует соответствующе. — Виктор нажал кнопку протяжки слайдов, и на экране возникла птица. Щёлкнул ещё раз, и возникло изображение самолёта. И сразу же прибор издал негромкий, но резкий звук. — А так? — Один из преподавателей подхватил со стола модельку перехватчика Су-9, и помахал им перед объективом, но машина молчала. |
