Первоначально лаборатория находилась в одном из корпусов НИИ Физики Твёрдого Тела, но после взрыва, переехала на режимную территорию, куда даже мухи залетали только с пропуском.

Молодые аспиранты и выпускники разных ВУЗов, в основном МФТИ тоже не смогли разобраться как именно работает штуковина, но смогли улучшить то, что сделал Виктор, до состояния практической реализации. Переделанный «Зубр» получивший собственное имя «Шквал», лихо носился над льдом Рыбинского водохранилища, развивая скорость до ста пятидесяти километров в час. По сравнению с теми же экранопланами вроде немного, но Шквал мог зависнуть над водой, не боясь быть утопленным высокой волной, чего не мог сделать экраноплан. Ему для взлёта требовалась более-менее спокойная гладь. А приглашённый специалист — аэродинамик, посчитал, что только с помощью аэродинамических обтекателей, можно будет разогнать новый корабль до двухсот пятидесяти километров, что делало его потенциально настоящим королём береговой охраны.

Виктор предъявил служебное удостоверение на проходной, и зашёл на территорию, где по расчищенной от снега дорожке, дошёл до ещё одной проходной, где уже показал специальный пропуск, пройдя на территорию «Особого режима», и уже на проходной лабораторного корпуса показал третий документ, со специальными метками, которые менялись по сложному графику.

Корпус из стекла и бетона был вполне современным, с лифтами, и большими панорамными окнами. Лаборатории находись с третьего по пятый этаж, а на шестом и седьмом находились библиотека, кинозал, и комнаты отдыха.

Да, парни и девчонки жили на казарменном положении, но всем были обещаны квартиры в Москве, и кое-что сверху, так что никто не роптал. Тем более что все лаборантки были свежи, хороши собой, и по количеству даже превосходили количество исследователей.

Когда Виктор вошёл в главный зал, там, судя по усталым глазам и вялой перебранке, уже затихал скандал.

— Что за шум, а драки нет? — Виктор пожал руку сначала начальнику лаборатории Евгению Осипову, а затем и всем остальным.

— Да тут, мы у себя внезапно обнаружили придурка, Виктор Петрович. — Евгений, уничижительно посмотрел на одного из своих работников. — Расскажи нам, как ты учинил форменное непотребство, от которого у нас у всех чуть последние волосы не выпали.

— Ну, я… подумал… — Начал светловолосый вихрастый парень в голубом лабораторном халате, — А если температуру блока понизить. Ну зачем-то в той картинке трубки шли? Мы же вначале предположили, что это распределение подпитки высокочастотными токами, а если это охлаждение? Ну я и вот. — Он вздохнул совсем жалобно. — Облил шестой образец азотом, и включил питание. А он…

— И что он? — Спросил Виктор, оглядывая стенд в поисках диска антиграва.

— А он вон. — Парень ткнул пальцем в потолок, где над головой, на высоте шести метров, обнаружился искомый шестой образец, размазанный по бетонной балке, словно жук по лобовому стеклу.

[1] Строевая часть — название структурного подразделения в ВС СССР выполняющего кадровые функции.

[2] Key Hole — серия американских разведывательных спутников.

Глава 19

С окончанием института, Виктору вроде должно было стать полегче, но дел только прибавилось. К счастью он смог выстроить систему, которая не давала таскать его на всякие заседания, кроме самых важных, к которым были отнесены мероприятия Минобороны, Совмина, и внутренние семинары у Глушкова. Всё остальное делегировалось помощникам и представителям, которых Виктор набирал исключительно из аппаратных «зубров», способных к высшей канцелярской эквилибристике. На заслуженном отдыхе в Москве пребывало достаточное количество опытных работников и не всем из них нравился пенсионный уют, и очень многие предпочли бы смерть за рабочим столом, а не на берегу реки с удочкой.