Вэнь снова поклонился, прежде чем заговорить.

— Я привез тебе поздравления нефритового двора. Мы много слышали о твоих успехах, и нам есть что обсудить. Твой брат, хан кераитов, поздравляет тебя.

— И чего же хочет от меня Тогрул? — спросил Тэмучжин.

Вэнь вознегодовал, чувствуя укусы холода. Пригласят его в конце концов в теплую юрту? Он решил чуть подтолкнуть варвара.

— Разве я не твой гость, господин? Разве не лучше обсудить великие дела там, где нас не услышат чужие уши?

Тэмучжин пожал плечами, видя, что этот человек совсем окоченел от холода. К тому же ему не терпелось узнать, что за вести привез китаец, что заставило его предпринять путешествие по замершим степям, до того как тот испустит дух от холода.

— Ты здесь желанный гость. — Он покатал на языке незнакомое имя, прежде чем как следует исковеркать его: — Веньчо?

Старик ничем не показал своего недовольства, и Тэмучжин улыбнулся, оценив его гордость.

— Вэнь Чао, господин, — ответил посол. — Вот так, язык должен коснуться нёба.

Тэмучжин кивнул.

— Входи же в тепло, Вэнь. Я прикажу приготовить тебе горячего соленого чаю.

— Ах, чай, — пробормотал Вэнь Чао, следуя за Тэмучжином в потрепанную юрту. — Как же мне его не хватало.

В полумраке Вэнь уселся и стал терпеливо ждать, пока сам Тэмучжин не подал ему пиалу чая. Юрта была полна людей, которые с беспокойством рассматривали его, и Вэнь заставил себя дышать неглубоко, пока не принюхался к запаху пота. Он тосковал по бане, но такие удовольствия сейчас недоступны.

Тэмучжин наблюдал, как Вэнь пробует чай, поджимая губы и делая вид, что наслаждается вкусом.

— Расскажи мне о своем народе, — попросил Тэмучжин. — Я слышал, он весьма многочислен.

Вэнь кивнул, радуясь тому, что может говорить, а не пить.

— Мы разделенное царство. В пределах южных границ под властью сунского императора проживают шестьдесят тысяч, — начал он. — В Северном Китае примерно столько же.

Тэмучжин заморгал. Людей было больше, чем он мог себе представить.

— Думаю, ты преувеличиваешь, Вэнь Чао, — запротестовал он, от большого удивления правильно произнеся его имя.

— Кто знает? — пожал плечами Вэнь. — Крестьяне плодятся как вши. Только при дворе в Кайфыне чиновников больше тысячи, и подсчет населения займет много месяцев. Так что точного числа я не знаю.

Вэня забавляло ошеломление воинов.

— А ты? Ты хан среди них? — спрашивал Тэмучжин.

Вэнь покачал головой.

— Я прошел… — Он порылся в словах, которые знал, но нужного так и не нашел. Состязания? Нет. Он произнес странное слово. — Это означает сидеть за столом и отвечать на вопросы, как и сотни других, сначала в своем краю, затем в самом Кайфыне, перед чиновниками императора. Я был лучшим из тех, кто проходил эти испытания в том году. — Он погрузился в воспоминания и поднес пиалу к губам. — Это было давно.

— Тогда чей ты человек? — спросил Тэмучжин, всматриваясь в чужака и пытаясь его понять.

— Наверное, первого министра, — улыбнулся Вэнь. — Но думаю, что ты имеешь в виду сунских императоров.