Изменить размер шрифта - +
Рывком заворачиваю коня влево, и жеребец несёт меня вдоль следов, позади – молчаливый лошадиный топот коней моих ребят-охранников. Ни крика. Ни лишнего шума. Но что-то странное в этой цепочке отпечатков саурийской обуви. Глубина следов разная. Будто беглец приволакивает одну ногу. Вороной выносит меня на противоположный гребень долины и… Я вижу хрупкую фигурку в обычном флотском комбинезоне главного противника человечества. Беглец оглядывается, замечает меня, и тут за спиной вырастает моя десятка.

– За мной! Взять живым!

Теперь нечего таиться, и из-за спины раздаётся дикий переливчатый крик:

– Йа-йа-йа!!!

Впрочем, Вороной самый быстрый из всех присутствующих коней, и я легко оказываюсь впереди. А беглец ускоряет бег, но получается у него не очень. Саури явно ранен, потому что сильно, очень сильно хромает! В моей руке оказывается меч. Мы сравниваемся бок о бок, и мой клинок плашмя опускается на прикрытую шлемом голову… Треск, лёгкий пластик обычной дыхательной маски разламывается на куски, враг катится кубарем по снегу, зарываясь в подвернувшийся заструг, и я рву поводья, останавливая и разворачивая жеребца к распростёртому телу, возле которого уже возятся мои диверсанты. Они споро опутывают неподвижного саури, затем кто-то продевает взявшееся копьё под его связанные ноги и руки, и тело беглеца взлетает в воздух, словно туша оленя, добытого на охоте. И тут я замечаю… замечаю… что это самка… Самка саури! Она без сознания. Впрочем, должна благодарить своих богов, потому что пожелай я её убить, то бил бы не плашмя, а лезвием. Вижу, что левая штанина её стандартного пилотского комбинезона распорота и нога замотана зелёным, как у них принято, биобинтом. Получается, что я не ошибся. Самка ранена. И похоже, единственная уцелевшая из экипажа. Как же мне повезло! Отловить саури второго пола неслыханная редкость! Но странное дело, я не чувствую к ней той ненависти, которую, по всем канонам, должен испытывать. Просто любопытство, злорадство, но только не ненависть.

Выезжаем обратно на гребень, и я машу своим людям рукой – можно начинать работу! Чёрные точки сервов медленно поползли вниз.

Бросаю своим орлам:

– Едем к большому источнику…

Наконец останавливаемся, я спрыгиваю с коня и подхожу к копью, на котором висит вниз спиной саури. Она по-прежнему без сознания.

– Исчадие Нижайшего… – шепчет кто-то из моих телохранителей, но я резко обрываю болтуна:

– Молчать! Она не порождение Бездны! Всего лишь мутантка!

Непонятное всем слово, как ни странно, успокаивает ребят. Приказываю положить пленницу на землю и укутываю её своим запасным плащом, вытащенным из седельной сумки. Нечего лишним глазам смотреть на неё. Теперь я даже ощущаю к ней жалость. Бедняжка. Оказаться на примитивной планете, в лапах своих злейших врагов. Одна, без защиты и помощи…

– Ставьте шатёр здесь. Девчонку – внутрь. Не стоит показывать её всем.

Старший десятка охраны кивает. А я, прищурившись, смотрю на занесённый снегом Малый Лист. Досталось ему не слабо. Провалившаяся внутрь обшивка, торчащие, словно рёбра диковинного животного, шпангоуты. Удивительно, что хоть кто-то уцелел…

– Сьере граф, кого вы поймали?

На меня смотрят круглые от любопытства глаза Юрики. Она осмелилась приблизиться к саурийскому кораблю и стать рядом со мной. Девчонка явно ко мне неравнодушна… Машу рукой, мол, ничего особенного. Но всё же приходится пояснить:

– Одного из тех, кто летал на этом вот… Этой небесной лодке.

Глаза девушки становятся ещё больше, хотя кажется, что это невозможно.

– Но разве на этом можно… летать?

Киваю:

– Можно. Поверь.

Делаю шаг к зияющему темнотой люку и слышу испуганный голос досы дель Рахи:

– Сьере граф! А если там сам Нижайший?!

Смеюсь в ответ и ныряю внутрь.

Быстрый переход
Мы в Instagram