Через минуту трубку на том конце провода взял оперативник. Представившись мне, он начал докладывать.

— Трупы троих мужчин были обнаружены в воскресенье в 6. 30 утра. Обнаружила трупы женщина — соседка по домику. Она вышла утром выгуливать свою собаку и увидела приоткрытую дверь. С ее слов, собака потянула ее к домику, словно что-то почувствовала. Подойдя к двери, женщина увидела, что на пороге в луже уже засохшей крови лежит молодой мужчина. От вида крови ей стало плохо, и она упала в обморок. Придя в себя, она бросилась к коменданту лагеря и рассказала ему об увиденном. Пока комендант звонил нам, около домика собралась целая толпа зевак, которая, по всей вероятности, и затоптала все следы. Когда мы приехали на место преступления, то увидели в одной из комнат домика еще два трупа молодых людей. Судя по внешности, оба не старше двадцати пяти лет. По предварительной версии судебного медика, оба скончались в результате травм головы. При осмотре места происшествия были обнаружены пистолеты «ТТ» и Макарова, а также патроны к ним. Судя по всему, выстрел в Кощея был произведен из пистолета «ТТ» китайского производства.

— Понятно, — сказал я. — Скажите, каким образом были убиты те двое, которых вы обнаружили в комнате? Какова ваша версия произошедшего в домике?

— Мне трудно ее озвучить, я ведь простой оперативник, — ответил он. — Думаю, что в комнате возник конфликт между Кощеем и этими двумя ребятами, который, по всей вероятности, перерос в обоюдную драку. Он молотил их чугунной сковородой, а они, похоже, были вооружены огнестрельным оружием. В результате конфликта кто-то из них застрелил его, после чего скончался сам от потери крови.

— Понятно. Скажи, кто из наших сотрудников выезжал на трупы?

— По-моему, ваших сотрудников не было. — По крайней мере я их не видел.

— Спасибо, — поблагодарил я его и положил трубку.

Я поинтересовался у дежурного по МВД, кого из наших сотрудников поднимали на это убийство.

— Звонили Яшину Анатолию Гавриловичу, — сказал дежурный, — однако он сослался на болезнь и не поехал на убийство.

— Почему вы не позвонили мне?

— Вдовин не разрешил, он сам поехал на это убийство, — дежурный положил трубку.

Я потянулся за трубкой, но Вдовин словно прочитал мои мысли и позвонил мне сам:

— Зайди.

В кабинете Вдовина, кроме него самого, находился заместитель министра Феоктистов.

— Что нового с утра? — поинтересовался Вдовин.

— Пока ничего, — ответил я. — Сейчас разговаривал с дежурным, уточнял сведения по вчерашнему убийству.

— Ты еще не разобрался с Яшиным? — поинтересовался у меня Феоктистов.

— Пока нет, Михаил Иванович. — Сейчас разберусь и доложу.

Феоктистов, стоявший у окна все это время, подошел к столу и сел на стул.

— Вот что, Абрамов — сказал он. — Вытаскивай к себе Быка и разбирайся с ним по этому убийству. Он наверняка знает очень много. Вот это и нужно вытащить из него. Ты с ним особо не церемонься, это преступник, и с ним нужно говорить на понятном ему языке.

— Задача ясна, товарищ заместитель министра. Можно мне вам задать один вопрос?

— Что за вопрос? — спросил Феоктистов и посмотрел на меня как-то не по-доброму.

— Вы знаете, Михаил Иванович, что я на этой должности около месяца. Меня, как руководителя управления, курирующего линию убийств, очень беспокоит небольшая численность второго отдела. Она согласно штатному расписанию, составляет всего восемь человек без учета начальника отдела.