Они развернулись на Танковом кольце и поехали в гостиницу «Волга», в которой снимали номер на двоих.

Гарик появился в гостинице «Украина» в сопровождении двух охранников. Его приезд был столь неожиданным для собравшихся в гостинице ребят, что вызвал заметный переполох у охраны. В бывшем кабинете Мартына сидели человек пятнадцать, они чуть не до хрипа обсуждали текущие проблемы группировки. Увидев вошедшего в кабинет Гарика, все моментально притихли.

— Привет, — произнес он и присел на свободное место на диване. Место за рабочим столом Мартына было по-прежнему свободным.

— А ты что приперся сюда? — громко спросил его Михей. — Тебя за твои дела на куски резать нужно.

— Давай, Михей, без красивых слов. Здесь люди собрались не для того чтобы сводить счеты, а для решения больших финансовых вопросов. Если ты считаешь, что деньги просто так падают с неба, то ты глубоко ошибаешься. Это не Казань, и ты здесь не авторитет, которого знает вся Москва.

— Завали двух-трех крупных барыг, и о тебе заговорит вся Москва, — сказал Михей и обвел взглядом всех присутствующих в кабинете, словно пытаясь заручиться их поддержкой.

— А ты попробуй, — ответил Гарик. — А вдруг эти люди работают с Жаком и еще с кем-нибудь из авторитетов? Ты об этом подумал? У него штыков в раз пять больше, чем у нас. Мы пришлые, а они местные. Раздавят нас и не заметят.

— Ты что гонишь, Гарик? Мы здесь на нет чеченцев вывели, а ты о каком-то там Жаке речь держишь.

— Михей, я тебе еще раз говорю, здесь Москва, и чеченцы здесь были такими же, как и мы, чужаками. Менты тогда смотрели на это сквозь пальцы, так как мы за них делали всю их работу. Теперь ситуация совершенно другая. Здесь придется воевать с москвичами, у которых есть родители, жены и друзья. Они забросают МВД жалобами, вот тогда ты узнаешь, что такое милицейский беспредел.

— Ты что нас всех здесь пугаешь? Здесь маменькиных сынков нет. Здесь люди, которые могут за себя постоять.

Неожиданно для всех из-за стола поднялся мужчина и, взглянув на собравшихся в кабинете людей, сказал:

— Я полностью согласен с Гариком. Время беспредела прошло. Я говорю от лица москвичей, которые работали с Мартыном. Сейчас пушками ничего не решишь. Нужно делать деньги, а не воевать. Кто этого не понимает, пусть отсюда уходит. Мы не будем работать с отморозками.

— Ты вообще кто такой? — спросил Михей. — Кто тебе давал здесь слово? Куда вы денетесь с подводной лодки?

— Ты помолчи, Михей. Георгий Павлович правильно говорит. Сейчас время другое, и плохо, если вы этого не понимаете, — сказал Гарик. — Сейчас нужно охранять бизнес, а не растаскивать его в разные стороны. Охранять, беречь и лелеять.

Георгий Павлович снова поднялся из-за стола:

— Вчера неизвестными людьми похищены два наших товарища по бизнесу, которые работали с Мартыном. Так вот, от лица москвичей я прошу вас принять меры к их розыску и освобождению. Вот если вы сможете это сделать, то мы как работали с вами, так и будем работать, если вы откажете нам в помощи, то мы найдем, к кому обратиться.

В кабинете повисла тишина. Шумевший до этого Михей замолчал, так как не знал, что ответить.

— Георгий Павлович, — обратился к нему Гарик, — у вас есть их фотографии?

— Да, они со мной, — он протянул их ему.

— Знаете, я лично займусь этим делом. Мы не можем допустить, чтобы наши финансовые потоки перекрывали какие-то неизвестные нам лица.

— Вот и ловим мы тебя на слове, Гарик, — неожиданно сказал Михей.