Первой об этом его увлечении узнала мать. Она сначала просила его, чтобы он прекратил инъекции, плакала, молила его на коленях, однако перебороть пристрастие сына ей не удалось.

О том, что Дмитрий подсел на наркотики, вскоре узнали и его друзья. Они по указанию Быка прекратили с ним общаться, и он стал, как неприкаянный, один мотаться по поселку. Денег у него на приобретение наркотиков катастрофически не хватало, и он начал понемногу воровать. Однажды он украл из машины своего бывшего друга антирадар, за что был сильно избит местными ребятами.

Когда он поправился и вышел на улицу, к нему подошел Бык и посоветовал ему уехать из поселка. Это был не совет, от которого можно было легко отмахнуться, а, скорее, приказ. Дмитрий знал, что за невыполнение подобного приказа его ждет суровое наказание, а возможно, даже и смерть. Собрав кое-какие носильные вещи, он нашел в доме спрятанные матерью деньги и поехал на железнодорожный вокзал. Выстояв небольшую очередь, купил билет до Москвы. Он медленно бродил по перрону железнодорожного вокзала и ждал проходящий через Казань пассажирский поезд «Омск-Москва».

Он стоял на перроне и смотрел на равнодушные лица людей, которые куда-то спешили и не обращали на него никакого внимания. Чувство одиночества сжимало его сердце. Вспомнив мать, он отошел в сторону и, не стесняясь окружающих, тихо заплакал. Мать была единственным человеком, которого он любил и по-своему жалел.

Принятая в туалете десятью минутами раньше доза стала сказываться. Перед его глазами, словно радуга, загорелись сотни разноцветных огней. Тело, еще недавно казавшееся ему тяжелым, вдруг стало невесомым. Он закрыл глаза и сделал всего один шаг в сторону сиявших вдали огней.

Проходящий мимо него поезд, смял его словно соломку. Он не успел ничего понять, скончался на месте. Милиция и прибывшие на место происшествия медики констатировали смерть. Осмотрев труп, медицинский эксперт вытащил из его кармана паспорт и молча протянул его сотруднику милиции.

— Сообщите, пожалуйста, его матери.

Минут через пятнадцать перерезанное надвое тело Дмитрия завернули в полиэтиленовую пленку и погрузили в машину для отправки в морг. Несколько сотрудников милиции опрашивали транзитных пассажиров.

Мартын ехал на встречу с генералом и прикидывал про себя, что это может ему дать. Он еще на дне рождения заместителя мэра узнал должность генерала. Тот курировал оперативную работу Министерства внутренних дел. Министерство в глазах Мартына представляло из себя грандиозную кормушку, о которой можно было лишь мечтать. Он про себя строил планы и уже подсчитывал, какие деньги можно получить, используя имя и связи генерала.

Генерал, увидев входящего в кабинет Мартына, встал из-за стола и пошел ему навстречу.

— Как добрался, Марат? Долго торчал в пробках? — поинтересовался он у него. — Если и дальше так пойдет, то скоро придется всем пересесть на вертолеты.

— Да, Казань не Москва, у нас таких пробок пока еще нет, — ответил Мартын и сел в предложенное кресло.

— Закуривай, — сказал генерал, предлагая Мартыну кубинские сигары и хрустальную пепельницу.

— Извините, но я не курю, — ответил Мартын.

— Это хорошо, когда молодые люди отказываются от столь пагубной привычки.