— Столько раз? — изумился Дирк. — Заставлял жениться? Это почему же?

— А потому, что Защитник не разрешает магистрату служить в одном городе или деревне дольше пяти лет, господин, — ответил Майлз, явно удивленный тем, что ему задали такой вопрос. — Жениться и родить сыновей, которые потом тоже станут магистратами, — это вроде как магистрату по должности полагается, но когда его переводят на службу в другое место, прежней женитьбе конец, и на новом месте он должен жениться на другой женщине.

— Ничего не скажешь, практично, — буркнул Дирк и поежился. — И на какие же средства потом существует бывшая жена?

— Ну, Защитник следит за тем, чтобы у нее и у ее детей была приличная крыша над головой, и одежда, и еда хорошая. Если не сам Защитник об этом заботится, то шериф окружной.

— Да, пожалуй, от такой жизни затоскуешь и начнешь других насильно женить да замуж выдавать, — заключил Гар, — особенно если успел полюбить ту жену, с которой вынужден расстаться.

Конезаводчик Лэндри с превеликой радостью продал им лошадей, хотя Гар и Дирк предложили ему золото не в монетах, а в маленьких слитках. Он, как увидел эти слитки, так глаза вытаращил, а Майлз подтолкнул Дирка локтем и едва заметно покачал головой, давая понять, что платит тот чересчур много. Дирк же в ответ только подмигнул ему и заговорщицки улыбнулся. Майлз пожал плечами и отошел в сторонку, неодобрительно наблюдая за тем, как его спутников беззастенчиво обсчитывают. Потом Гар и Дирк сели верхом на лошадей, а Майлз пошел с ними рядом, чувствуя себя совершенно беспомощным.

Но как только они скрылись с глаз Лэндри, оба придержали коней, и Гар сказал:

— Послушай, Майлз, нам ни за что не обогнать бейлифа, если ты будешь и дальше идти пешком. Давай-ка садись верхом! — И он схватил крестьянина за руку и рывком подбросил на круп коня позади себя. Майлз обхватил Гара за пояс, глянул вниз, и его замутило от высоты. Земля еще никогда не казалась ему такой твердой.

— А теперь — на поиски убежища, — решительно проговорил Гар. — Скажи, Майлз, есть ли тут поблизости какие-нибудь безлюдные места?

— Вы, видно, точно издалека пришли, господа, — покачал головой Майлз, — если не знаете, что до Пустошей отсюда всего четыре дня пути.

— Ну а на лошадках всего полтора выйдет. Держись покрепче, Майлз, — посоветовал Гар и пустил лошадь трусцой. Майлз прижался к спине Гара. Его качало и трясло, но постепенно страх отступил. Прошло полчаса, и он сам удивился — он начал испытывать удовольствие от езды!

Все эти полчаса Гар с Дирком переговаривались, переходя с беседы о таких обыденных вещах, Майлзу начинало казаться, что его спутники не иначе как люди не совсем нормальные, — к обсуждению таких замысловатых вопросов, что Майлз ни слова не понимал в их разговоре.

— Стало быть, здешнее правительство — не что иное, как диктатура, — заявил Гар. — Только здешний диктатор именуется Защитником.

— Призраки Оливера Кромвеля, — задумчиво пробормотал Дирк.

— Здесь его призрак, похоже, жив-здоров и неплохо себя чувствует. Простонародье угнетено до крайности, но в городах не исключены бунты.

— Думаю, горожане запуганы не меньше крестьян, — возразил Дирк. — Ты уж меня прости за скепсис, но эти «исчезновения», про которые нам поведал Майлз, попахивают работой тайной полиции. Может быть, она тут как-то по-другому называется... Майлз, скажи, а как тут у вас зовут стражников, которые работают тайно — так тайно, что никто и не ведает, кто они на самом деле такие?

— Шпионами Защитника их зовут, господин.