– Я, кажется, уже говорила, что Питер прошел мимо этого человека и начал шарить в кустах. Он шумел и чертыхался, и я неволь­но наблюдала за ним, а когда посмотрела гуда, где прежде стоял незнакомец, там уже никого не было. Питер вернулся в дом и ска­зал, что, наверное, мой преследователь ус­пел убежать. Но дяде стоило только протя­нуть руку, чтобы дотронуться до него. Значит, все это мне померещилось…

– Успокойся, Эми, сначала мы позавтра­каем, – сказал Люк, – а потом обсудим наши дальнейшие шаги.

– Я не хочу есть!

– Ты поставила мою машину прямо у две­рей, – сказал Люк, не обращая внимания на се слова.

– Ну и что из этого? – бушевала Эми, вымещая на Люке свою обиду и разочарование. – Чего нам бояться? Разве ты не зна­ешь, что это призрак, и никакого Черного человека вообще не существует?

– Возможно, что и не существует, – про­бормотал в ответ Люк, чем еще сильнее разозлил Эми.

– Что значит «возможно»? – переспроси­ла она.

– А то, что мне пока еще рано говорить о чем-то, ведь я не осуществил до конца свой план.

– И зачем нам эти планы? Не лучше ли сразу отправить меня в психиатрическую больницу? – в отчаянии вопрошала Эми. – Ты все еще веришь, что я видела своего преследова­теля?

– Конечно, верю.

Люк готовил кофе и обернулся, чтобы по­смотреть на Эми.

– Тогда объясни мне, что происходит с дядей Питером, – умоляющим тоном попро­сила Эми.

Губы Люка тронула холодная усмешка, и он снова занялся кофе.

– Наверное, его обманула игра света и тени, – объяснил он.

Люк поджарил тосты, не решаясь пробо­вать свои силы в приготовлении английского завтрака с овсянкой и яичницей, и они мол­ча принялись за еду. Эми не поднимала глаз от тарелки, и время от времени Люк посмат­ривал на нее, но ничего не говорил. Она выг­лядела очень усталой, почти такой, как в пер­вые дни появления мужчины в черном под ее окнами.

Они оба отправились на работу, а когда наступил полдень, Люк уехал домой, пото­му что боялся заснуть прямо за столом. Перед уходом он зашел к Эми, но она даже не под­няла глаз от компьютера, и он вместе с крес­лом повернул ее к себе.

– Послушай, малышка, – сказал он, – не думай ни о чем, кроме твоих «мальчиков», а вечером мы решим, что нам делать.

– Нам нечего решать, – бесцветным го­лосом сказала Эми. – Все и так уже решено.

– Ты не веришь мне, Эми?

– Люк, я прежде всего не верю себе. Наверное, я все-таки сумасшедшая. Только ни­как не могу понять, что же свело меня с ума?

Люк нежно погладил Эми по щеке.

– Если бы это было так, я бы с первой встречи заметил в тебе признаки болезни. Думаю, что сегодня ты можешь ехать к дяде Питеру на своей машине.

Когда пришло время отправляться к Питеру, Эми вдруг охватила паника. Прошедшая ночь окончательно подорвала ее веру в себя. Люк принялся уговаривать Эми поехать к дяде, и она разразилась слезами.

– Не надо, Эми! Не плачь, дорогая, – про­сил он, обняв ее и укачивая, как ребенка.

– Не могу, Люк, – всхлипывала Эми. – Я не перенесу еще одну такую ночь. Позволь мне сегодня остаться здесь.

– Я тоже не хочу, чтобы ты куда-то уезжала, но сейчас для нас главное – поймать незнакомца. Ты должна наконец вернуться к нормальной жизни.

– Но я и веду нормальную жизнь, когда мы вместе, – напомнила Эми. – С тобой я чувствую себя в безопасности.