Она мечтала побывать в Риме и Венеции с тринадцати лет, когда прочитала «Дон Жуана». Что ж, вот он, Рим!

Джулия прикрыла глаза, наслаждаясь шумом улицы. Подул ветер. Джулия поднялась и пошла дальше.

Она шла по улице, где слева и справа от нее стояли здания в стиле барокко. Это не был центр города, однако старинные здания подсвечивались неоном, а впереди между их крышами виднелось оранжево-красное небо. Солнце неумолимо садилось, так что тени на улицах вытягивались все больше.

Джулия замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась, чтобы впитать в себя это небо, эти тени, эти улицы.

Все неповторимо в этом мире. Нужно наслаждаться каждой секундой.

Джулия набрала в грудь воздуху и зашагала дальше.

Пройдя мимо украшенного лепниной дома, она заметила узкий переулок, в который вела арка.

«Интересно, что там?» — подумала Джулия и направилась прямо туда. Параллельно с любопытством в голове Джулии тут же замелькали тысячи «нельзя туда идти»: а вдруг она заблудится, а вдруг там опасно, вдруг подопечным туристам нужна ее помощь?

Ну, это уж слишком! Что-что, а на туристов она весь день работала, не покладая рук. Сначала ей пришлось выслушать, как Смит клянет погоду, потом следить, чтобы никто из группы не отстал и не заблудился. Когда пошел дождь, ей пришлось — под непрекращающиеся проклятия Смита — свернуть с намеченного маршрута и определить всех в теплую уютную кафешку (где, увидев музыкальный автомат, Смит, наконец, утихомирился).

В арке под потолком висел средневековый фонарь, и хотя с виду он явно предназначался для свеч, наверняка был электрическим.

Из арки Джулия вышла во внутренний дворик дома, первый этаж которого был отдан под сувенирные лавки.

«Куплю-ка я что-нибудь для родителей», — решила Джулия и вошла в лавку с самой привлекательной, по ее мнению, вывеской.

Внутри лавка была отделана под старину. Стены, потолок, пол и стеллажи с товарами — все было выполнено из темного дерева. На потолке висели фонарики, похожие на тот, в арке, но меньше по размеру.

— Бонджорно, синьора! — приветствовал Джулию владелец сувенирной лавки.

— Извините, — ответила Джулия, — но я не понимаю по-итальянски.

— О, это вовсе не проблема, — сказал продавец на английском.

— Вы говорите по-английски? — обрадовалась Джулия. — Это замечательно! Я помню, как пыталась объяснить продавцу в Турции, что хочу купить платье, а он был абсолютно уверен, что мне нужны глиняные горшки.

— Возможно, он как раз таки все прекрасно понимал, — усмехнулся продавец-итальянец.

— Вероятно, так оно и было, — весело согласилась Джулия. — Ведь в итоге я купила и горшки, и платье. Но от вас мне определенно нужна только вон та ваза — я хочу подарить ее маме — и еще что-нибудь для моего отца.

Ваза для мамы была расписана под акварель ее любимыми цветами: красным и оранжевым. Мама очень любила цветы и выращивала их в саду возле дома. Когда они расцветали, дом и его окрестности наполнялись сладким благоуханием. Мама составляла букеты и расставляла их в вазы по комнатам.

— А что любит ваш отец?

— Мой отец… — Джулия улыбнулась.

Ее отец был настоящим коллекционером и обожал всякие вещицы типа старинных часов, телефонов, курительных трубок из кости и дерева, серебряных ложек неизвестного возраста, шахматных фигурок, ножей, пистолетов…

Эти вещи были предметом его гордости. Он привозил их из разных поездок, часть коллекции подарили друзья.