Зачарованно глядя вверх, Михалыч прошел вглубь зимнего сада и направился к бассейну. На первый взгляд бассейн был самым обыкновенным, в форме неправильного овала с бортами облицованными голубым кафелем и мозаикой в античном стиле на дне. Зато вот вода в нем была необычного, золотисто-голубого оттенка и, словно была живой, так прихотливо играли в бассейне небольшие волны.

Если бы не настойчивые просьбы Сидонии продолжить осмотр дома, Михалыч немедленно присоединился бы к русалочке Олесе, которая, увидев воду, моментально сбросила с себя всю одежду и нырнула в бассейн, совершенно не стесняясь своей прекрасной наготы. Обнаженное, гибкое тело русалочки было таким красивым, а движения в воде такими изящными, что Михалычу стоило большого труда сдвинуться с места и пойти дальше.

Сэр Харальд Светлый, только виновато развел руками и был вынужден остаться, в то время, как Сидония и спустившаяся на грешную землю ангельская девушка Ниэль, подхватили Михалыча под руки и повели дальше, продолжать экскурсию. На осмотр всего дома ушло не менее часа и Михалыч, совершенно обалдевший от немыслимой роскоши, сбился со счету, сколько же в нем было не только комнат, но и этажей.

Осмотр закончился не то на седьмом, не то на восьмом этаже под самой крышей дома, где располагались еще один большой холл с прилегающими к нему удобными комнатами, непомерно большая спальная комната, столовая, гостиная и огромный кабинет с окнами, выходящими сразу на три стороны и четырьмя каминами по углам этой громадной, квадратной в плане, комнаты. Размеры кабинета и высота потолков, так же как и размеры зимнего сада, невольно наводили Михалыча на мысль о том, что геометрия пространства для его новых друзей была вещью достаточно условной и совершенно необязательной. Но еще больше его удивляло то, что все окна вообще выходили невесть куда.

Между окон имелись также и двери, через которые он мог выйти наружу и, что самое удивительное, все три выхода вели не в зимнее, заснеженное Подмосковье, а в какие-то удивительные места. Из одного окна был виден берег океана и время там близилось к полудню. Большие океанские волны не спеша накатывал на пологий берег, поросший высокими пальмами с узкой полосой пляжа с черным, искрящимся на солнце песком.

Другое окно открывало вид на небольшое горное озеро, окруженное скалами, над ним сияли звезды, а третье окно выходило на опушку леса, освещенного уже утренними лучами солнца. Не веря своим глазам, Михалыч поочередно подошел к каждой из дверей и был ошеломлен тем, что все три двери открывали выход Бог весть куда. Видя, смешанное со страхом изумление, явно написанное на лице Михалыча, Сидония пояснила ему:

- Мессир, это ваш кабинет, но вместе с тем это и то место, откуда вы можете выйти практически в любое место в Зазеркалье. Сейчас открыты выходы на необитаемые островки, расположенные в трех разных океанах, которые вы, люди, называете Тихим, Индийским и Атлантическим. Позднее, мессир, когда мы приобретем для вас замки в тех городах, которые вам понравятся, вы сможете выйти из этого замка в любом месте Зазеркалья не привлекая к себе внимания. Если бы наш повелитель не пожелал показать своей возлюбленной подруге Лауре самолет, то он добрался бы до своей дочери куда быстрее.

Рассеяно слушая объяснения Сидонии, Михалыч подошел к большому рабочему столу, который изгибаясь буквой "Г" располагался в самом центре кабинета. На столе стоял компьютер, оснащенный монитором просто таки огромного, не менее семидесяти сантиметров по диагонали, размера. До этого момента он даже не подозревал, что такие экраны могут быть. Усевшись в удобное кожаное кресло-вертушку, Михалыч нетерпеливо включил компьютер. Его спутники расселись вокруг стола и со строгими лицами замерли в ожидании распоряжений, чем привели его в крайнее смущение. Оторвав взгляд от экрана, на котором уже высветилась заставка Windows-95, Михалыч, посмотрел на них почти жалобно и взмолился:

- Ребята, может вы все-таки расслабитесь? Сходите куда-нибудь, ну, там в ночной клуб, на дискотеку или в театр, а я тут спокойно почитаю.