Второй бронетранспортёр заводиться отказался, там разбили приборную панель, однако это обстоятельство лишь чуток притормозило пышущих энтузиазмом бойцов лейтенанта. За считанные минуты они сделали жесткую сцепку и утащили повреждённую машину. Лейтенант скомандовал нам пока занять и удерживать блокпост, благо если за нами кто-то сейчас и следит, то скорее признает коллег бывших владельцев бронетехники, а сам с парой водителей и помощников укатил по дороге вглубь Зоны. Вернулись они через пару часов заметно уставшие, но довольные.

— А теперь придётся лезть в бурелом... — недовольно заметил лейтенант Сорокин, показывая рукой примерное направление движения прямо в ближайший сильно заросший перелесок.

Месторасположение тайного убежища знал только он один. К счастью, оно оказалось близко. Пересекли перелесок, буквально продрались через него, спугнув мелкую живность, затем перебрались через заросший овраг с текущим по дну мутным потоком дождевых вод, влезли в следующий перелесок на пригорке, где и наткнулись на поросшие мхом бетонные блоки какого-то давно заброшенного сооружения явно военного назначения. Под блоками оказался хорошо замаскированный вход во вполне проходимые подземелья. Громкое эхо капающей воды, и гнетущий рокот близко расположенной аномалии встретили нас вместе с сыростью и сдавленным густо пропитанным запахом земли воздухом. Когда-то здесь работала вентиляция и лишнюю воду откачивали насосы, а теперь шел естественный сток в какие-то затопленные глубины. Доступными оставались только находящиеся выше уровня подземных вод коридоры, да и там пришлось топать по колено в воде, местами проваливаясь и по самый пояс.

— Всем быстро надеть дыхательные маски, — громко скомандовал лейтенант, повернув в неприметный бетонный проход с обрывками электрических кабелей на стенах, уходящий куда-то вбок с повышением.

По его полу стекал журчащий ручеёк. Вдруг нас чувствительно обдало чем-то тёплым, словно кто-то впереди открыл печную заслонку в дымовой трубе, и дышать стало действительно нечем. Походу, тут такие события происходят с завидной регулярностью, благодаря чему в этих подземельях отсутствуют опасные обитатели. Интересное местечко.

Мы прошли ещё сколько-то, повернув в следующий коридор, и вышли к наглухо закрытой тяжелой гермодвери. Лейтенант долго колдовал перед ней, стараясь, чтобы никто не разглядел, как он вскрывает замок, дверь неожиданно заскрипела внутренними запорами. Электрический привод всё ещё действует.

— Располагаемся! — Пропустив всех вперёд себя и снова закрыв тяжелую дверь, скомандовал лейтенант.

В большом помещении за дверью было сухо, и присутствовал свежий воздух. Где-то сохранилась и действующая вентиляция. На полу рядами стояли старые пружинные кровати без матрацев, штук сорок, вдоль стен ряды металлических крашенных светло-голубой краской шкафчиков для одежды. Несколько закрытых дверей вели в подсобные помещения из этой импровизированной подземной казармы.

— Идём, — лейтенант обратился непосредственно ко мне, предлагая проследовать за ним.

Мы зашли в плотно заставленное ящиками и коробками отдельное помещение, петли железной двери противно скрипнули при её закрытии, отсекая нас от всех остальных.

— Садись! — Лейтенант подвинул ко мне ногой зелёный армейский ящик, предложив устраиваться, присев на второй.

Устроившись на неудобной низкой сидушке, осмотрелся по сторонам. Большая часть ящиков и коробок оказалась вскрыта и наверняка они пустые. Судя по маркировкам на ещё целых коробках — внутри армейские пищевые рационы, срок годности скоро должен истечь. Патронные ящики тоже легко узнаются, но их совсем мало.