Они приехали к Геральту.

Когда припыленный кортеж запрудил все пространство перед пристанищем Сход Развалыча, старый кобольд не поверил собственным глазам. Да и Семен Береста совершенно растерялся: ему вдруг стало мучительно стыдно за свою мятую и испачканную солидолом одежду.

Зато Геральт, казалось, только и делал, что встречал персон из заоблачных высей, из технической элиты самого Центpa Большого Киева. Невзирая на то что обретаться ведьмаку чаще всего приходилось отнюдь не во дворцах — в основном по всевозможным берлогам, куда высший свет сроду не захаживал.

Халькдафф, совершенно седой, что среди эльфов редкость, покинул свой черный «Кинбурн» самостоятельно. Губернатору же дверцы снова отворяли его бесчисленные не то референты, не то охранники.

Ведьмак встречал их, как капитан на мостике: стоя на приступочке-козырьке над гаражными воротами, снисходительно прищурившись.

— Здравствуй, Геральт.

— Здравствуйте, Халькдафф.

Они поздоровались словно ровня, и даже вежливый отклик Геральта выглядел скорее как дань возрасту, нежели дань положению. Впору было округлять глаза и даже разевать рот. Магистр с Выставки и ночующий среди крыс ведьмак…

— Что здесь творится, Геральт?

— Бардак, Халькдафф.

— Рассказывай.

— Поднимайтесь.

Полчаса они беседовали в комнате Сход Развалыча; за это время Халькдафф выглянул лишь один раз, когда потребовал свой ноутбук. Когда они вышли, Сход Развалыч услышал окончание произнесенной ведьмаком фразы:

— …любой серьезный источник техники, потому что заводских мощностей ему уже не хватает. Подстанция, электростанция, что-нибудь еще…

— Я понял, — отозвался Халькдафф, спустился к губернатору и замер в нескольких шагах от него, пристально глядя прямо в глаза первому чиновнику Харькова.

— Ну что? — поинтересовался губернатор; Сход Развалычу показалось — робко.

— Договаривайтесь. И я не советую вам торговаться, любезнейший.

Кто-кто, а эльфы, особенно старые, умеют составлять фразы из концентрированного холода. Будь Сход Развалыч на месте губернатора — точно провалился бы сквозь землю или упал бы замертво с разрывом сердца.

«Шахпуш тодд! Высокие посты — тоже не мед да патока… Никаких нервов ведь не хватит…»

— Сколько? — хмуро осведомился губернатор у ведьмака.

— Двести пятьдесят тысяч, — ответил Геральт не моргнув глазом. — Включая расходы, страховку и медобслуживапие последней недели.

Губернатор, казалось, готов был задохнуться. От возмущения, ясное дело.

— С-сколько? — переспросил он нервно.

— Двести пятьдесят, — повторил Геральт. — Кстати, торговаться вам не рекомендовано.

— Подписывай, Виктор, — велел Халькдафф. — Или не быть тебе больше победителем.

Услужливый референт (или охранник) тут же поднес и раскрыл вишневую сафьяновую папку. И ручку подал. Разумеется, «Вентал» с платиновым пером.

Договор между Харьковом и ведьмаком Геральтом был подписан спустя минуту. Губернатор сделался мрачнее грозовой тучи.

— Надеюсь, вы знаете, что ведьмаки работают только с полной предоплатой? — тактично осведомился Геральт.