Она раздраженно оглянулась:

– Что?

Поль попытался выяснить, не принадлежала ли эта вещь отцу, но она растерянно пожала плечами в ответ и смущенно предположила, что это какой-нибудь электрический аппарат, а потому не может ли он иметь какое-то отношение к папиной видеоколлекции?

Поль улыбнулся, когда она высказала очередную догадку: без сомнения, этим прибором Ахим пользуется для бритья.

– Уж точно не для бритья, – ответил Поль. – Это вообще-то оружие для защиты.

Мать облегченно вздохнула, явно удовлетворенная тем, что к видео находка не имела никакого отношения, и с корзиной, полной мокрых плюшевых игрушек, направилась в подвал. Поль засунул подозрительную вещь туда, где она была спрятана.

– Мне кажется, Ахим мог бы открыть первоклассный ресторан для гурманов, – заявил Поль, и мать кивнула, соглашаясь.

Поставив тарелку Аннетты перед собой, Ахим нарезал небольшими кусочками телячью печенку.

– Может, я и вправду открою кафе. Мне сегодня предложили купить «Дикого гуся».

– Но у тебя уже есть договоренность с «Тойотой», – несколько обеспокоенно ввернула мать.

– Еще ничего не подписано, – возразил Ахим. – И не беспокойся так, мама. Твои сыновья уже давно не дети.

– Я прекрасно это знаю. И никогда не переживаю за своих чудесных отпрысков.

Это смелое заявление заставило Аннетту хихикнуть.

После ужина они смотрели фильм по телевизору, и история графа Монте-Кристо, как всегда, целиком и полностью завладела всеми. После десяти вечера сначала ушла Аннетта, потом мать, а затем и Поль. Ахим остался в гостиной в одиночестве, то и дело переключая каналы.

К счастью, снова шел дождь. Поль, счастливый, лежал в постели и слушал. За много лет плющ добрался до крыши, и шум дождя стал еще уютнее, чем прежде. Воспоминания детства вставали в его памяти, и постепенно мысли Поля снова обратились к семье. Хотя Ахим сегодня и дискредитировал себя в глазах Аннетты и матери, ему удалось искупить свою неряшливость хорошим ужином. Вот так всегда: брат может позволить себе что угодно, для мамы он всегда будет золотым ребенком, а теперь он еще и проявил себя как отличный повар. К сожалению, в этой области Поль не мог составить ему конкуренцию.

– Все движения подсмотрены у природы, – сообщила мать Поля и продемонстрировала, как пятятся, защищаясь от обезьяны.

Аннетте пришлось также увидеть, как побеждают тигра, как ловят воробьиный хвост и как разделяют гриву дикой кобылице. К счастью, лекция была прервана приходом госпожи Цизель, которая убирала в доме два раза в неделю.

Поль тоже считал дни до отъезда, часто думал об Ольге и то и дело пытался до нее дозвониться. Наконец это ему удалось.

– Как Гранада? – спросил Поль, изо всех сил стараясь, чтобы в голосе не было ни заискивающих, ни жалобных ноток.

– А что Гранада? – спросила она в ответ. – Много солнца, разумеется. Почему ни одна сволочь не рассказала мне, что Маркус своей поломойке сострогал ребенка?

– Ольга, – с укором сказал Поль. – Сейчас у меня совсем другие заботы. Умер отец, завтра похороны.

После этих слов она засопела в трубку, заверила его, что ей очень жаль, и поинтересовалась, где он сейчас.

Договорились встретиться на выходных. Поль смог бы отговориться дома тем, что на работе из-за вынужденного перерыва очень много дел. Он заранее радовался тому, как будет пировать у Ольги, а потом наконец сможет расслабиться. По сути, не такое это плохое дело – делить стол и постель с двумя женщинами: у любовницы – веселье и приключения, у жены – порядок и покой.

– Сколько лет, собственно, этой Саскии? Чем она занимается? – спросил он за завтраком, так как никогда толком не прислушивался к рассказам о родных.